В Пределах Ожидаемого

Вот здесь оно ковыляет, худо-бедно, здесь несется вскачь, а здесь, хоть ты тресни, стоит намертво. Кто-то в этом что-нибудь понимает?

В АССИСТ АДМИНЕ время периодически совершало некие судорожные рывки, словно вспоминая свою способность течь и изменяться, но по большей части забывало само себя, наглотавшись успокоительного.

Никто, похоже, и не заметил, как прошло лет десять, или около того.

Внутренний распорядок заведения никак не менялся, за чем неустанно следил Жан. А с чего бы ему уставать? Надо лишь, как известно, вовремя менять батарейки.

Посетители приходили и уходили, появлялись новые, исчезали привычные и знакомые, кто-то потом возвращался, кто-то нет. Что касается Полковника и Лимбо, они за это время никак почти не изменились.

Они изредка встречались, но тот их разговор про Империю и необходимость ее разрушения так и остался по сути единственным, и ни один из них не проявил стремления к более тесному знакомству.

И так - долгие годы, которые долгими были потому, что ничего в них особого, и тем более желанного, не происходило.

Цель-то была определена, да, но была ли она поставлена? Были ли предприняты хоть какие-то шаги в нужном направлении, или же диск с его программой давно и бесславно сгинул в безымянном измельчителе пластмасс? Ничего этого Лимбо конечно не знал.

Неожиданно, сломав стопора, оборвав швартовы,  разметав покровы и ограды - все завертелось. Из Империи стали приходить удивительные известия. Пока, наконец, не пришло самое ошеломительное: Империя приказала долго жить и прекратила свое существование!  

Имперские орлы разлетелись, флаг тихо сполз с флагштока, и свернулся калачиком у его основания.

Без какой-либо смуты, без вполне ожидаемой и понятной междоусобицы, на месте бывшей метрополии образовалось четыре-пять никому не страшных государств.

Лимбо сломя голову бросился в бар, из которого незадолго перед тем вернулся. "Получилось! Получилось!" - прошивала сознание единственная мысль. Радость клокотала в груди, словно кипящий ключ. Ему не терпелось сообщить новость полковнику, хотя трудно было предположить, что тот - Тот! - еще не в курсе.