Сумеречный Стрелок 2

Опасаться отравления уже не нужно было, хотя Лея на всякий случай проверила все блюда. Не обнаружив ничего ядовитого, она поворчала, что её зря отвлекают от собственного лакомства. Могла бы и не говорить, что она там делает. Чуть аппетит не испортила.

И если на завтрак у паучихи были некроманты в собственном соку, то у нас — изумительное блюдо, которое я ещё не пробовал в этом мире. Омлет с гренками, как мне сказала Катя. Татьяна Львовна не обманула — повара действительно готовили хорошо.

За столом Софья рассказала вкратце о перевоспитании охранников, сделав вывод, что они безнадёжны.

— Проще уволить и набрать новых, я так считаю, — ответила девушка.

— Вопрос уже решён, — успокоил я её. — Сегодня прибудет смена. Кстати, предупреди своих оболтусов, чтобы впустили их на территорию.

— Хм, вот как, — удивлённо посмотрела на меня Софья, запивая омлет чаем. — А ты быстро решаешь проблемы.

— Ну а что тут тянуть? — ответил я. — Я убедился, что там одни лентяи и продажные шкуры. А мне такие в поместье не нужны.

Софья одобрительно кивнула:

— Тут мы с тобой сходимся во мнении. В общем, понятно. Предупрежу тех, кто сегодня на смене.

После завтрака я собрался, выбрав тёмно-зелёный костюм, и пытаясь завязать галстук, но не преуспев, решил, что пошёл бы он в пекло. Только дышать тяжелее. Выбрал туфли с острым носом, которые подготовил Захар на выход, и подался во двор.

Там меня уже ожидал в «мустанге» Жорик. Я назвал ему адрес, , и мой водитель тут же кивнул. Создавалось такое ощущение, что у него в голове карта, и он знает любой закоулок.

Как только я вышел из машины, тут же подъехала Марина. В этот раз она была одета в короткое изящное зеленое платье, облегающее ее стройную фигуру и смотрелась в нем просто великолепно. Хотя думаю такая женщина будет смотрется великолепно в чем угодно. В ее взгляде я заметил тревогу.

— Марин, что-то случилось? — обратился я к ней, когда мы прошли внутрь и сели за столик.

— Да просто перенервничала, — прошептала она.

— Ты о Боре? — я усмехнулся. — Этот таракан уехал, но обещал вернуться, хотя никто его в поместье не пустит, и он это прекрасно знает. Пустые слова.

— А как твои раны? Заживают?

— Да там уже ничего и нет.

— И не болят? — в глазах Марины я увидел сострадание.

— Ни капли, — попытался я успокоить девушку. — Если только иногда напоминает организм, что когда-то его протыкали.