Эликсир

— Простите, мой господин,— мерзким писклявым визгом молит Мирт и делает очередную попытку, но нож постоянно выскальзывает из рук.

— Освободи хотя бы одну руку, олух!— зло рычит Варун.

В конечном счёте спустя десяток попыток и море пролитого пота Мирту удаётся освободить руку мага. Остальные путы отпадают сами с громким хлюпаньем уходя глубоко в землю.

— Простите своего глупого слугу, я торопился как мог.

Мирт, что весь дрожал от перенапряжения помогает своему господину подняться. Тот оказавшись на ногах, чуть пошатываясь пытается сохранить баланс.

Минуты идут, а он просто стоит, чуть сутулившись. Но за этим казалось бы ничем не выражающем поведением есть что то большее.

Я чувствую его взгляд. Он обжигает мою бледную кожу.

Я слышу его хриплое тяжёлое дыхание.

Вопреки страху, что скрутил живот я щурюсь и пытаюсь разглядеть лицо чтобы понять чего ожидать. Глаза стеклянные и безжизненные, но они смотрят прямо на меня, будто никто кроме меня ему не нужен.

Так и есть. Ему нужна я.

И я точно знаю для чего.

Но как оказалось у мага, больше сил, чем я подумала встретившись с ним в библиотеке.

Мирт гордо вручает своему хозяину охапку сухоцветов. Выглядело бы это весьма комично, если не знать что это. В них не сложно узнать те самые ядовитые травы, благодаря которым можно если не убить, но ослабить ведьм, а потом уже и убить.

Самым извращенным, жестоким образом.

Глава 39.2

И без того пасмурное небо темнеет, тяжело нависает над головами, словно в укоре. Варун делает шаг, потом другой. Все ближе к Айоланте и дальше от меня. А потом заносит руки над головой жрицы. Я срываюсь с места. Но жрица лишь взглядом— гневным, властным взглядом приказывает мне стоять.

Глаза мага горят ярким белым светом, аура меняется, становится плотнее, разрушительнее. Он протягивает руку к костру (нашему ритуальному костру, что может быть унизительнее для ведьмы?) и поджигает букет смерти.

— Просто из любопытства, где вы ее прятали? — оглядев жрицу с ног до головы, он плотоядно облизнулся. Подошёл ещё ближе, совсем вплотную и поцеловал ее голое плечо. Ещё раз доказывая, что сейчас она в его власти.

— У тебя под носом,— жрица, чей язык уже явно не слушался говорила урывками,— У... твоего .... брата.