Первый наследник

– Здравствуйте, господа, – ответила с улыбкой девушка. Было видно, что встреча ей приятна и она не против пообщаться. Я не был удивлен, что она не задала вопрос о моем титуле. Все-таки, княжна была хорошо воспитана.

– Мы рады встретить вас, Великая княжна, – проговорил Дашков. – Мой отец организует эту выставку, и я в восторге что вы пришли сюда.

– Ну что вы, Никита Олегович, Игорь Игоревич. – сказала девушка. – Присаживайтесь пожалуйста, будьте любезны, – она жестом указала нам на стулья напротив. – Вы же знаете, я завсегдатай мероприятий, касающихся искусства.

Она кокетливо рассмеялась.

– Я выросла среди картин и статуй, изучала искусство с ранних лет. Моя мать увлекалась художеством, а отец — был и есть страстный коллекционер. Думаю, эта страсть передалась мне от него.

Ее смех стал для моих ушей музыкой. Я никогда не был влюбчивым по натуре. Скорее наоборот, внимание дам в последние годы мне приелось. Ведь каждая знатная девушка в моей Юдоли Скорби желала быть моей возлюбленной – это порядком надоедало.

Присели за столик. Тут же явился услужливый лакей и принес меню. Заказали по чашке кофе. Пока несли, я рассматривал княжну и не мог отвести глаз. Дашков затеял приятную беседу.

– Как вам наш Семенов? – Спросил Никита, и на щеках его заалел румянец. Видно было, парень стесняется. Пока еще не имеет опыта общения с великосветскими дамами.

Екатерина Сергеевна улыбнулась ободряющей улыбкой.

– Я впечатлена. Но мне думается, ему еще нужно поработать над стилем. Все-таки он достаточно молод, местами чувствуется его неуверенность.

Она сделала акцент на последнем слове, как будто хотела подколоть Дашкова. Тот понял намек, и отвел взгляд стараясь скрыть растущее волнение. Н-да. Эдак, растревожится еще, заикаться начнет. Пришлось спасать положение:

– А мне сказал, что он портретист, – сказал я. – И ему приятнее работать в этом направлении.

– Вы знаток искусства, – подняла бровь княжна Комиссарова.

– Стараюсь таковым быть, – улыбнулся в ответ. – Но тоже не слишком-то разбираюсь в современных его течениях. Больше предпочитаю старинных мастеров.

Я наврал. Память Артемьева не сохранила знаний о каких-либо художниках его времени.