Адвокат вольного города.2

Выстрел грянул, заряд пробил бок одной из креветок, остальные, ещё шесть штук от резкого звука дёрнулись и синхронно побежали в воду, так что за пару секунд исчезли.

Ах вы падлы земноводные.

Переломил ружьё, извлек пустую гильзу, дозарядил. Убедившись, что вся компания действительно сбежала бросил своего павшего товарища, стал тщательно его исследовать.

Действительно – это что-то членистоногое с мощной лобовой защитой, причём она отодвигается вверх, открывая уродливую с большим количеством жевал и каких-то мелких хватательно - рубительных конечностей возле пасти.

Посчитал что использовать Шило для вскрытия этого монстра будет не по размеру, да и обидеться может, с шуршанием извлёк саблю, в пару взмахов вскрыл внутренности креветки и с недоумением воззрился на вывалившиеся внутренние органы.

Пару минут я их без особого успеха раздвигал саблей, но макра, который по всем законам жанра должен быть – не находил.

Бляха, я что-то делаю не так, то есть – принципиально не верно. Когда я в десятый раз посмотрел на раскинувшийся передо мной внутренний мир монстра, то на долю секунды что-то неуловимо изменилось, я увидел, или вернее – почувствовал, что у мёртвого существа есть энергетическая составляющая, в настоящий момент, погасшая.

Ощущение исчезло, но я запомнил, что в центре вытянутого сердца яркой точкой горел макр. В один точный взмах я рассёк его, заодно забрызгавшись кровью, металл глухо стукнулся о твёрдое препятствие, и я без труда извлёк макр.

Неровный угловатый кругляш отливал розоватым, я подошёл к мелководью, ополоснул и поднял над головой, чтобы посмотреть на просвет. Неравномерный пропускающий свет контур, кристаллическая структура и та самая внутренняя энергия, которую я чувствовал – пока не понимаю как.

Я брёл и брёл дальше по реке и по мере наступления вечера меня постепенно догоняло чувство уныния. Река становилась больше, местами я видел монстров, наподобие рыб с сильно вытянутыми головами.

Три птицы, похожие на трехметровых аистов, стояли на длинных суставчатых ногах, опускали головы с лопатоподобными клювами и выуживали мелкую рыбешку и плавающих насекомых. Выглядели они не то, чтобы миролюбиво, скорее меланхолично и равнодушно. Злить я их не стал, обошёл по большой дуге.

Внезапно из кустов справа от меня впорхнул десяток пузатых птиц.

Я рефлекторно вскинул ружьё.