Кобольды, мы есть!

Как это не странно, но кобольды, в основной массе, так же спали, каким-то образом синхронизировав время с поверхностью, конечно, не все, но многие. Решили дать здоровяку отоспаться, положив на кучу тряпья и оставив охрану в виде Кис, шаман предложил одну из комнат, но пока что и такого хватит, ничего такого же он не сделает?

Сам так же вернулся в свою комнату, взобрался на кровать и успел подумать о чистке зубов перед тем, как заснуть.

С пленником оказалась проблема, ага, никогда такого не было и вот опять.

— Еще раз, — тяжело вздохнул, — ты моя смотреть рана глаз, — максимально примитивно выдал я базу, для убедительности, показав пальцем на свой глаз.

— Я быть уметь не маг лечить ученик, — так же выдал тауран, осматривая здоровяков и оценивая свои шансы вырваться.

Учитывая похмелье и дрожащие конечности, пока что освобождение ему не грозило. Быку вернули его одежды, точнее, повязку на пояс, без этого он вызывал у меня чувство неполноценности, всем, кроме меня, было всё равно на достоинство пленника, что говорить, истинные дети природы.

— Ты быть есть ученик, — продолжились шарады, — маг лечить хороший, — пара секунд молчания и кивок со стороны таурана, — ты смотреть мой глаз…говорить, что делать…лечить рана глаз.

— Я быть ученик, — снова начал было тауран по третьему кругу, но остановился и фыркнул, выдохнув из ноздрей клуб пара, — моя смотреть…не есть быть лечить…смотреть говорить… мочь лечить.

Довольно вздохнул, наконец-то.

— Твоя смотреть… — вот чёрт, а как же обозначить время, в прочем, плевать, и так поймёт, — Крил, подсвети нормально, — попросил уже на кобольдском и снял повязку, пропитавшуюся гноем и слезами.

— Моя есть быть еда…отдых…смотреть не… — у такрана была такая же проблема с обозначением времени.

— Согласие, твоя еда, отдых, мой комната, спать и ждать, моя прийти… — вернул повязку на глаз и поднял взгляд на Кис, — проследи за ним, пока он здесь, отвечаешь за него, поняла?

Кобольд лишь кивнула, слегка хлопнув по поясу, в канализации посохом не помахаешь, так что у неё, как и у всех, была своя дубинка.

— Кшарл, Крил, всё готово? — Окликаю шаманов, что всю ночь трудились над первым прототипом револьвера и десятью пулями для него.