Кобольды, мы есть!

Голова слегка кружиться, но это не мешает мне снова взяться за оружие, навести плавающий прицел на отряд из шестёрки пращников, после чего начать стрелять и вновь получить удар, да что это такое, другие ни одного камня не получили, а я уже третий.

На этот раз попадание было точно в рог, в голове загудело, словно долбанули по уху, но даже не упал. Поднимаю арбалет и прижимаюсь к полу, начиная танцевать, голова гудит, а в рогах (ушах?) стоит звон.

Не успел начать стрельбу, как в скавенов врезались кобольды, тыча копьями с среднего, если можно так выразиться, расстояния, не позволяя противнику дотянуться до себя.

Крысы попытались обойти их по бокам, но там тоже стояли копейщики и арбалетчики, быстро обстрелявшие гуманоидных крыс.

Главарь отлетел в сторону от сильного удара, прошёлся спиной по каменной кладке канализации и зашипел, встав на ноги. Он направил руку на здоровяка, что-то шикнул, треснула молния и здоровяк вздрогнул, пошатнувшись, но не упал, лишь перехватил дубинки и пошёл на главаря, тот посмотрел на своих за преградой из двух боевых особей и убежал туда, откуда явился.

Это стало началом конца, остальные крысы, увидев бегство своего лидера, остальные крысы быстро дали дёру, толпой набежав на здоровяков и пробежав мимо, игнорируя удары и угрозу.

— Есть потери? — Смотрю на Крила, после перевёл взгляд на воду.

И так не блещущая чистотой канализационная вода стремительно окрашивалась бурой кровью гуманоидных крыс.

— Нет, — шаман с усмешкой мотает головой, — даже ранений мало, только Оро.

— Что с ним, — подошёл к тяжело дышащему и опершемуся о кулаки здоровяку.

— Энергетическая молния, ничего такого, нужен только отдых и время, ну и в бою должен держаться подальше, — пояснил шаман, коротко осмотрев раненного.

— Я в порядке, вождь, — здоровяк тряхнул головой, — отлежусь в поселении после возвращения.

Чуть подумал и кивнул.

— Продолжаем путь, нет смысла возвращаться так рано, как и посылать его одного.

Пока мы разговаривали, остальные быстро собрали камни, болты и освежевали туши крыс, точнее, вытащили часть внутренних органов.

Повернулся к работающим, когда они уже заканчивали. Посмотрел и чуть не выблевал скудную пищу, хорошо что не успел поесть.

— Что с ними делаете? — Киваю на тушки убитых крыс, после чего понял, зачем с животных вынимают внутренние органы и махнул рукой, — нет, стой, я не хочу об этом знать.

И правда, лучше не знаю, что делают с мясом этих крыс, и вообще, не спрашивать, что я ем, меньше знаешь — крепче спишь.