Кобольды, мы есть!

Механик грустно вздохнул и кивнул, я же обвёл остальных взглядом, предлагая высказаться, никаких возражений не было, вот и хорошо, а мне нужно посетить местный невольничий рынок, только вот найти бы его, для начала.

Глава 16 Работорговцы

Работорговцы в городе были, примерно как наркотики в моём прежнем мире, отдельный пласт торговли, прикоснуться к которому не так-то просто. Чёрный рынок — это не отдельное помещение или место, это тот же торговый рынок и лавки, только вот найти таковой оказалось весьма не просто, что уж говорить, кто же будет продавать из-под лавки тому, кого не знает.

Спросить об этом у воров в голову не пришло, а мои кобольды ничего об этом не знали и даже тауран лишь смутно что-то слышал, но не более.

Пришлось идти к тому единственному, кто готов был помощь с многим и так же знал многое. Как ни странно, но дверь в башню оказалась заперта, а совсем рядом с дверью в воздухе висела иллюзия драконьей головы.

— Я хочу пройти к хозяину башни.

Глупо было предполагать, что посреди ночи дракон не будет спать, но и получать ожоги посреди до противного солнечного дня не хотелось.

— Владыка занят и не велел тревожить себя до окончания дел, — ответила мне иллюзия драконьей головы, один в один с красным.

Надо же, не спит крылатый.

— И когда же он соизволит окончить дела?

Пауза в пару секунд.

— Того я не ведаю, быть может через удар сердца, быть может через десять дней, владыка мне того не сообщил.

Мда, такое ощущение, будто разговариваю с умной колонкой.

— Когда вероятнее всего он закончит со своими делами? — Ну а что, раз это магический аналог умного дома, то почему бы не пообщаться.

— Через три часа, — одной этой фразой иллюзия вывела мои мозги из строя.

Так, приведём мысли в порядок, час — сто… ну, предположим минут, в минуте — сто секунд, секунда — удар сердца десятилетнего дракона в спокойном состоянии, один день — это двадцать часов, отчёт соответствует средней продолжительности дня и ночи, но есть, десять часов на светлое время суток и десять на тёмное, в неделе десять дней, три недели соответствуют одному месяцу, в сезоне четыре месяца, в годе четыре сезона, в середине лета и зимы отдельно идут неделя середины зимы и неделя середины лета каждый по десять дней, в общей сложности пять сотен дней ровно.

Отчёт времени ведётся от появления последней луны, две тысячи десятый, забавное совпадение. Откуда такая точность почти никого не интересует, лишь говорят про волю богов и подобную ересь.