Одна из рода проклятых сестёр

Лэсли и правда следовало радоваться. Из-за того, что собственная семья пыталась убить меня тридцать семь раз я готова была закрыть глаза на одну попытку моего убийства. Тем более, паренек меня оживил… Так что не стоило нам теперь враждовать, лучше нам с ним теперь подружиться!

– Кстати, а как вы, охотники, нынче к ведьмам относитесь? – поинтересовалась я на всякий случай.

Губы Лэсли снова скривились в фальшивой улыбочке.

– Правильный вопрос задаешь, госпожа ведьма, – взгляд его стал ледяным. – Нейтралитет поддерживается двумя родами охотников, – он загнул два пальца одной руки, после чего снова посмотрел на меня.

– Ну слава богам…

– Вот только я вхожу в третий род, – теперь высокая фигура Лэсли нависла над моей головой, настала его очередь прижать меня к стенке.

Тон голоса паренька стал таким же пугающим как когда мы впервые повстречались в лесу. Сосуд с кровью трех поколений снова нагрелся.

– Дело в том, – сказал он, – что этот третий род охотников был практически целиком истреблен ведьмами, и я остался одним из последних его представителей.

Ха-ха, вот как. Ну что ж, ситуацию можно описать одним словом… Конец!

Я улыбнулась.

– Господин последний охотник, но ты ведь понимаешь, что я с тем происшествием никак не связана… Понимаешь ведь?

– Я тоже не был ни в чем виноват, но из-за ведьм лишился отца. Право рождения многое решает, госпожа непробужденная ведьма. Думаю, я остался один как раз из-за того, что родился охотником.

Все мое тело напряглась.

Думай, голова, думай…В этот момент спасение пришло ко мне свыше: прозвенел звонок, школьники начали вываливаться из кабинетов гурьбой. И что же их ждало в коридоре?

Взор школьников встречала прелюбопытнейшая картина: девочка, которую не так давно объявили пропавшей и которую искал весь народ, стояла почти что в обнимку с одним из самых знаменитых красавчиков школы.

Так против воли я и стала звездой школьных новостей второй раз.

***

– Ты успела зажать Лэсли в углу, хотя до этого вела себя так, будто он тебе неприятен. Совсем тебя не понимаю, Калиса, – недоумевал Нил, пока провожал меня после школы до дома.

– Нил, будь добр, не путай. Это он зажал меня в угол. Ты что, фотки не видел?

Кто-то успел сделать снимок, на котором отчетливо видно, как Лэсли нависает над покрасневшей и растерянной мной.