Осколки будущего

Потом обнаружила ещё один источник шума и поднялась в комнату Стаса. Братец храпел, полусидя на кровати, а вот за дисплеем яростно воевал с космической нечистью Паша.

– Или ты приглушаешь звук, или я выключаю комп, – заявила Аня, упираясь руками в косяк двери. – Я сплю, между прочим!

– Лунатизм? – прыснул нахал, оглядываясь на стоящую в проходе возмутительницу спокойствия.

– Поостри тут! Сейчас маме скажу, что даже Стас дрыхнет, а ты всё ещё за компьютером.

– Лады, я вообще колонки вырублю, – быстро сдался Паша. – Чё взъелась? Могу и уйти.

Этот сегодня никакой, – обиженно добавил он, кивнув на Стасю.

– Это клон, – сообщила Аня, – а Стаса похитили монстры. Спокойной ночи.

И она спустилась к себе, где ещё минут сорок ненавидела голосящую в соседней комнате Соню, которую пыталась угомонить мама.

Последние часы привычной жизни Ани истекали.

Снилось, что они с Салли и Пашей привязали Стаса к табуретке и тестируют, задавая вопросы о разных событиях, содержании мультиков и таблице умножения, ведь её настоящий Стас уж точно не знает.

Потом Паша вдруг оказался мамой. Она принесла огромную тарелку лука и начала пихать в рот сыну, а тот смеялся и жевал, болтая об оборотнях, клонированной овце и нашествии лунатиков. Появилась вторая Салли. Она зловеще возвышалась на шкафу и излучала осуждение. Тогда как Салли первая тараторила, что все клоны обязаны есть лук и смотреть канал «Animal Planet». Затем Аня очутилась в каком-то лесу, где непременно должна была найти бамбук, чтобы накормить панду, иначе Стася не сможет за ней наблюдать и улетит на Луну к оборотням.

Сон развеялся где-то в половине шестого утра. Задремать вновь совершенно не получалось, и она обречённо привстала на кровати. Салли, свернувшаяся в клубок на стуле, тут же вскинулась и уставилась на неё.

– Животное, если ты хочешь мне что-то рассказать, клянусь не кричать и не швыряться мебелью, – убедительно пообещала Аня. – И я слушаю тебя очень внимательно.

Кошка потянулась, выгнувшись дугой, и села, оценивающе глядя на Аню. Та подняла левую бровь.

– Да я, собственно, всё уже сказала, – осторожно произнесла Салли.

Интермедия: Императрица Анна

Когда-нибудь, через много-много лет, я стану совсем другой. Сейчас я не смогу быть такой, что бы ни случилось.

Когда-нибудь, через много-много лет, мне будет всё равно. Сейчас я не отреклась бы от всего ни при каких обстоятельствах.

Когда-нибудь, через много-много лет, я пойму, что ничего и не было вовсе. Сейчас никто в целом мире не докажет мне этого.