Сумеречный стрелок

Взяв у Луки топорик и совсем крохотный раскладывающийся нож, отправился к ближайшей опушке.

— А ты, я вижу, совсем эгоист, — пробормотал вредный девичий голосок у меня в голове. Я аж чуть не подпрыгнул от неожиданности.

А потом улыбнулся. Точно! Это же мой питомец. Я и забыл о нём. И как ее до сих пор не заметили? Да и почему раньше голос не подала.

— Я не эгоист, — ответил голосу. — Столько событий, что голова кругом идёт. Тут и своё имя забудешь.

— Ты бросил меня на произвол судьбы, — маленькая паучиха появилась возле меня, шевеля лапками.

— Да помню я о тебе, помню, — ответил я. — Только мух для тебя ловить не буду.

— В следующий раз за такие слова плюну в тебя паутиной! — забавно пискнула Лея. — Уже забыл, чем моя родня питается. Мясо я ем. Сырое, с кровушкой. Как и моя матушка.

— Хм... Мясо, говоришь? — почесал я заросший подбородок. — Я сейчас.

— «Сейчас он», — забавно заворчала паучиха. — Тут питомец его с голоду может умереть, а он ещё размышляет.

Пришлось возвращаться. Пищу для Леи я нашел вновь через Луку. В ближайшее время никто скотину не забивал, и мясо сначала пришлось размораживать.

Паучишка поковыряла лапками трапезу, тяжко вздохнула, недовольно посмотрев на меня, и вгрызлась жвалами в кусок.

Надо сказать, что она меня удивила. Размерами меньше моей ладони, а съела за пару минут кусок побольше себя.

— Не удивляйся, — уже менее раздражённо ответила Лея, увеличившись в размерах и сейчас становясь похожей на чёрный пузырь.

Паучиха забавно, вразвалочку направилась к моему пиджаку, что лежал на стуле, исчезнув под тёмной тканью. А я вновь отправился в лес.

Солнце, находясь в зените, изрядно пекло макушку. Поэтому, спрятавшись в лесной тени, я немного выдохнул. И решил сделать лук прямо в лесу. Тут и склад, и мастерская, и стрельбище.

Взял для этого всё, что необходимо. Луке пришлось оббегать чуть ли не весь посёлок, чтобы найти топор, нож, жилу и куски металла для наконечников.

— Ффух, — старик присел, отдыхая на траву, и бросил передо мной сумку. — Ну и заставил меня ты побегать! Народ после увиденного боится с тобой иметь дело, а тем более помогать делать оружие. Один даже сказал, что ты можешь оказаться каким-нибудь маньяком. Пристрелишь ещё кого-нибудь.

— Ну я так и собирался сделать, — невозмутимо ответил я. — Не переживай. Тебя убью в последнюю очередь.