Сказки Перехода

Оглядела хозяйским взором мою неумелую уборку после урагана, потом – с головы до пят – саму Зоську и скомандовала:

–Собирайся, дитятко! Поедешь ко мне на недельку-другую. Что-то ты бледненькая и худенькая, так нельзя, тебе родить скоро, – и недобро буркнула в мою сторону: – Вещи ее собери! Совсем девчонку загонял, аспид.

Зоськина родня меня не жаловала… Я их понимал. Для них я был пришлец невесть откуда, голь перекатная без роду-племени. Чужак. Который так обаял их «кровиночку», что та к нему из богатого дядькиного дома сбежала .

От перин, подушек, сундуков с нарядами, кур-телушек и прочего приданого небедной невесты – в полусгоревшую отцовскую корчму, которую этот поганец – я, то есть – выкупил у слободского совета.

Но тетки не любили меня открыто – и я даже уважал их за честность. А дядька, урядник Петрович, растивший Зоську лет с четырех, после смерти ее сумасшедшей матери, в разговорах со мной лил патоку, а за глаза поносил последними словами. Ну и не только словами, конечно, вредил… Поганый мужичонка он был – недаром Зоська его на дух не переносила и всякий раз, как он приходил в корчму, запиралась в горнице или огородами сбегала к подружке Баське.

« Дин, ну давай в город уедем! – умоляла она после того, как этот рыжий таракан скатывался с нашего крыльца. – Сил нет с ним в одном селе жить! А в городе у тебя – комната...»

Я крепко обнимал жену и приговаривал:

« Ну что ты, какой город… Там еще ничего не готово, там не жилье, а скворечник. Где там жить, еще и с малышом… Да и денег на место в гильдии пока не накоплено.

А здесь – все на мази, все же хорошо… Да наплюй ты на Петровича, будь он сто раз неладен!»

Она мотала головой и утыкалась мне в подмышку. Я гладил ее по темным кудрям – нервную, взбалмошную мою Зоську, ураганное мое счастье… Успокаивал : «еще немного поднажмем, еще здесь откусим да тут прихватим – и будет все, как ты пожелаешь…» Потому что будут на это денежки.

...И вот теперь, после всего, что произошло этим утром на дворе моей корчмы, я впервые не знал, как быть.

Рыба не соврал – это единственное, в чем я был уверен. Его не зря прозвали Флюгером: откуда ветер дует, Рыба чуял превосходно – и успевал уворачиваться от случайностей и бед.

Но что теперь мне делать с моим чердачным гостем?

Тем более, вести его предстояло той же дорожкой, по которой собирались Шмель с пятнистым. К выморочному бору. Только не в заброшенный поселок, а к просеке сквозь все эти гнилые, темные земли.

...