О.Т.-Книга-10. Никогда не говори никогда.

Но сейчас Яков был здесь не для того, чтобы отделять правду в слухах про Академию от шелухи. Он здесь для того, чтобы взять интервью и просто для того, чтобы удовлетворить свое любопытство по поводу этого места.

Кстати, на всех местах, где от дорожки шли ответвления стояли поясняющие указатели, что позволяло не заблудится.

Таким образом журналист и вышел к корпусу учебного заведения и в нерешительности остановился на краю, думая стоит ли ему повернуть назад, или все же глянуть одним глазком на это учебное заведение, где в своем большинстве преобладали девушки.

Он бы, наверное, все же развернулся и пошел бы назад, но тут мимо него прошли два парня, разговаривающие между собою.

- Прикинь, Бешеная на поединок графа Малышева вызвала, и он принял её вызов! – донеслось до Якова слова одного из парней. – Пойдем, глянем что ли?

- А чего они не поделили то? – удивился другой.

- Да в том то и дело, что граф, походу с нею и не пересекался до этого не разу. По крайне мере никакого конфликта между ними в стенах нашего корпуса не было.

Журналист напрягся, заинтересованно глядя вслед парням.

- Да ну, такого быть не может… По любому между ними был конфликт… - усомнился другой. – Конечно, пойдем посмотрим!

Чуть постояв, Яков тоже пошел за ними. Такое он точно пропустить не имел право.

***

Лежа на спине и глядя в потолок, Юра философски думал, что это сейчас было и как его здорово поимели! А ведь ему самого начала показалось, что с этим вызовом на поединок, что-то не так, поэтому он и не хотел его принимать.

Подозрения в подставе только укрепились, когда в качестве судьи на площадке он увидел Тину, с этой её довольно-зубастой улыбкой. А её «ободряющие» слова перед самым началом:

- Если хочешь жить дерись так словно от этого зависит твоя жизнь!

Согласитесь, многообещающее напутствие.

А потом на площадку вышла она… Дзихико, и он инстинктивно понял, что ему хана! Она выглядела серьезно и это черное бойцовое кимоно с драконами.

Эта девчонка и вправду была очень сильна! Не зря же её у них тихо и с оглядкой по сторонам называли Бешеной. Естественно о её подпольном прозвище ему перед самым боем сообщил Глеб, пожелавший ему при этом не удачи, а остаться целым и не сильно побитым.