Копарь. Старое заклятие.

Солдат ехидно улыбнулся, аккуратно поднял с земли ядро размером с хороший арбуз и не спеша вогнал его в ствол. Сомнений у ребят не осталось, сейчас их будут расстреливать.

Павлуха инстинктивно снова зашёл за костёр, отгораживаясь им. Александр, пару секунд спустя, присоединился к нему.

— Единорог,[3] — негромко в никуда произнёс он.

— Какой единорог? — услышал его Павел, недоумевая.

Вроде никаких сказочных животных поблизости не было.

— Пушка — единорог, производства Российской империи образца 1757 года, — пояснил Пересвет.

— Только размеры громадные. Стреляет, как ядрами, так и картечью. Прямая прицельная стрельба до трёх километров. Если навесная, то в два раза дальше. Убойная мощность у неё — не горюй.

— На хрена ты это мне рассказываешь? — офигевал от ужаса и неожиданности Павлик. — Чтобы я совсем тут обосрался? Мне и так уже достаточно.

— Да не. Я просто увлекаюсь средневековым оружием, вот и вспомнилось.

— Понял, — осознал Павлуха, кивая на арбалет. — Как думаешь, пробьёт, нет? — с волнением добавил он.

— Если пробьёт, то нам крепко не поздоровится, — тоже волнуясь, ответил напарник. — Но, по идее, не должен. Хотя сейчас сами всё увидим.

Великан поднёс зажжённый фитиль к запалу и заткнул уши руками. Ухнуло так, что было слышно, наверное, в соседних городах. Павлуха и Александр моментально оглохли. Ядро с немыслимой скоростью вылетело из дула и огромной с силой ударилось о невидимую преграду защитного круга. Земля качнулась под ногами. Пересвет опрокинулся на пятую точку, Павлик упал вперёд, выставляя руки.

Раскаленное ядро на пару секунд зависло в воздухе, затем, повинуясь силе тяжести, брякнулось наземь и разорвалось фонтаном чугунных осколков. Артиллерист гулко захохотал и поднял с земли новый здоровенный кругляш.

— Не хило бахнуло! — не слыша себя, крикнул Александр.

— А? Что? Не слышу тебя, — ответил Пашка, тряся головой.

Новый выстрел, и вновь сотрясение земли магнитудой не менее восьми баллов по шкале Рихтера.[4] И вновь друзья оказались сидящими на пятых точках в траве.

— Вот падла, — прошептал Павлик. — Походу, всю деревню на уши поднял таким грохотом.

— Не вставай, — показал ему жестами Пересвет. — Лучше сидя переждём.

Пашка согласился.

Канонада длилась минут двадцать. Барабанные перепонки у ребят работали на пределе. «Как бы совсем не оглохнуть», — промелькнула мысль одновременно у обоих. Наконец маленькая война завершилась. У пушкаря банально закончились снаряды.