Копарь. Старое заклятие.

Позвонили с работы и попросили всё же подъехать часа на полтора кое-что доделать. И лишь ближе к обеду Староглядов прибыл к вратам храма. Перекрестился и, с некоторым волнением, зашёл внутрь. Стоял полдень, богослужения в храме уже закончились, и священника видно не было.

— Матушка, — спросил он у попавшейся ему пожилой женщины в облачении, — как бы мне батюшку увидеть?

— Отец Михаил трапезничает. Скоро закончит и выйдет.

И действительно, не прошло и десяти минут, как появился высокий мужчина в священнической ризе.

Батюшка добро посмотрел на парня и произнёс густым красивым басом: «Я вас слушаю». Мысли лихорадочно кружились в голове. «С чего же лучше начать, чтобы правильно понял и не посчитал меня за душевнобольного?» Священник огладил бороду и склонил голову ближе к парню. Весь вид служителя церкви внушал Павлу доверие и как бы подбадривал его. И тот, наконец, решился.

— Батюшка, я к вам с не совсем стандартным вопросом.

— Смелее, сын мой, — улыбнулся тот.

«Сын мой», — повторил про себя Павел, — «а ведь действительно, он мне почти в отцы годится», — промелькнула мысль.

— Дело в том, что меня на протяжении нескольких дней преследуют какие-то непонятные, я бы даже сказал, потусторонние сущности. Они внезапно появляются где угодно и, судя по всему, ничего хорошего от них ждать не приходится.

— А можно немного подробней, что за сущности и чего они хотят?

— Я понимаю, что это звучит довольно нелепо, — начал Павлик — но попробую вам кратенько рассказать.

Они отошли в сторону, поближе к стенам, и Павел вновь поведал о случившемся с ним, но более сухо и без вчерашних эмоций. «Да уж», — несколько растерянно подумал священник — «а не хворает ли сей раб Божий душевными расстройствами?» Павлик, видя в глазах священнослужителя недоверие, развёл руками.

— Я понимаю, что вы мне скорее всего не верите, но клянусь, это чистая правда. И с головой у меня, надеюсь, пока всё в порядке и в соответствующее медицинское учреждение я тоже не собираюсь.

Видя появившееся в глазах у служителя культа смятение, Староглядов улыбнулся и замолчал, ожидая ответа. Батюшка смотрел на него и раздумывал. «Вроде, на больного не похож, на одержимого тоже, взгляд ясный, глаза умные, речь связная... Пути Господни неисповедимы», — отец Михаил успел много повидать за свою жизнь. — «Может и впрямь, что приключилось.

— Ну, хорошо, — начал он.