Лазутчица

Чем дальше мы шли, тем выше становились цены, написанные на разноцветных бирках. Демиан объяснил, что в глубине рынка продается самый лучший товар. Это было вроде как негласное правило, сложившееся совершенно естественно из-за того, что новичкам на рынке всегда доставалось место с краю, ближе к двери.

- Я отлучусь ненадолго, - сказал Демиан, когда мы проходили мимо очередного прилавка. - А вы пока поищите товары по списку. Смотрите, не выходите из нужной секции. Впрочем, Матвей все это знает.

- Куда это он? - спросила я, когда Демиан исчез в толпе.

- Разговаривать со своим информатором, - сказал Матвей. - Там, за торговыми рядами, есть еще несколько помещений, где работают такие, как мы. В одном из них Демиан встречается с кем-то раз, а то и два в месяц. Я проследил за ним, чтобы это узнать. Разумеется, Демиану об этом знать не нужно.

- Разумеется, - согласилась я. - Ты часто здесь бываешь?

Матвей пожал плечами.

- Иногда Демиан берет меня с собой, иногда — нет. Я особенно не навязываюсь. Не люблю, как на нас здесь смотрят.

Демиан прав насчет их отношения к молодежи. Если посмотреть, всем здесь больше тридцати.

- А нас не попытаются обмануть? - совершенно искренне спросила я.

Матвей усмехнулся.

- Разумеется, попытаются. Но для этого у тебя есть я. У меня на обманщиков глаз наметан.

Мы управились с покупками за полчаса и ждали Демиана в кофейне на верхнем этаже торгового центра. Я с интересом разглядывала нашу добычу, стараясь при этом не светить содержимым загадочных баночек и мешочков.

Было бы немного странным увидеть в торговом центре шестнадцатилетнюю девчонку с кошачьим черепом в пакете. Поэтому Матвей был крайне недоволен этим моим занятием и с опаской поглядывал по сторонам. Демиан вернулся нескоро, и выглядел он каким-то растерянным. Потом он заказал себе эспрессо и быстро выпил его, водя вокруг потускневшими глазами. Я хотела спросить его, все ли в порядке, но Матвей предупредительно покачал головой.

Демиан довез меня до дома. Я немного удивилась внезапной отмене занятий, но сочла благоразумным не спрашивать, в чем дело.

Следующий день тянулся медленно и тяжело. Я все так же сидела на уроках, когда-то слушала, а когда-то - нет. Иногда я поглядывала на Катю. За то время, что мы не общались, она как будто немного помрачнела. У нее, кроме меня, были еще друзья с фехтования, но она всегда проводила больше времени со мной. Я ловила себя на том, что хочу по привычке с ней заговорить, написать ей что-нибудь смешное.