Спецотдел

И на пятый или шестой раз его порезанные пальцы ткнулись во что-то мягкое и живое. Нашёл!

Кошкин от радости чуть не вдохнул «чернильницу», но вовремя сдержался. Аккуратно ощупал тело, подхватил под мышки и попробовал приподнять ребёнка. Монстр не пускал — Максим рванул сильнее, рефлекторно вдохнул, хлебнул вязкой мерзости и закашлялся.

Надо вынырнуть и отдышаться. Надо отпустить ребёнка и вынырнуть. Но тело, ещё недавно не желавшее нырять, теперь вцепилось в найдёныша. Максим дёрнул сильнее, вдыхая «чернильницу» полной грудью, — рот, нос и лёгкие наглухо забило вязкой дрянью.

Ещё сильнее! Давай!

Он сам не понял, как вырвал девочку из вязкого нутра. Вокруг вместо чёрной гадости вдруг оказался воздух, наполненный слабо различимыми вспышками сияющих знаков. И этот воздух обжигал покруче монстра. Кошкин пытался дышать, но получалось только хрипеть.

Мерзкая жижа склеила всё: Максим почти не видел, почти не слышал и совсем не мог вдохнуть и выдохнуть.

— Отпусти! Ну! — послышался смутно знакомый голос.

В затуманенном сознании всплыла мысль:

«Это Егор. Он старший — ему можно верить».

И Кошкин с трудом разжал руки, выпуская то, что держал. Пошатнулся и упал бы, если б его не подхватили и не понесли.

— Держу, порядок, — прогудел кто-то.

Скоро Максима опустили на что-то твёрдое и жёсткое. Потом в лицо ударил ослепительно яркий знак.

Максим наконец смог вдохнуть — и тут же судорожно раскашлялся.

— Всё, теперь задышит, — радостно сказал кто-то.

Пока Кошкин приходил в себя, до Анны Михайловны как раз добрались вызванные «спецы»: М-три.

Слегка повозмущались, почему, мол, Б-четыре не сообщили, что заказ у них? Но разобраться с монстром помогли.

Вика вызвала скорую для девочки.

Медики решили забрать и Максима, но он заупрямился.

— С девочкой всё будет в порядке? — это всё, что его интересовало.

Его заверили, что да: стандартная процедура очищения плюс специфический цикл восстановления после «чернильницы» — и уже через неделю ребёнок будет бодр и весел.

— Зря отказываешься! — заявил Азамат. — Ты, конечно, недолго внутри «чернильницы» был и мог бы отделаться одышкой и хрипами, как при сильной простуде, на пару дней. Но ты ж порезался, так что кто знает, не покроешься ли ты плесенью к вечеру? Езжай в больницу.

Максим вяло запротестовал, но коллеги его не поддержали.