Спецотдел

Скелетов он, конечно, не боялся, но полагал, что лучше иметь дело со спящим драконом, чем с трупами.

Грузовик мчался на изрядной скорости, несмотря на поздний час и порядком обмёрзшую дорогу. Видимо, водителю не терпелось доехать до центра и избавиться от опасного груза.

Ребята из спецназа сидели кругом, аккуратно, но твёрдо поддерживая кокон, стоящий на подстилке из изрисованного знаками брезента.

Азамат и Максим разместились напротив друг друга, изрядно зажатые силовиками, облачёнными в бронежилеты и разгрузки.

Спецназовцы вполне закономерно смотрели на кокон с подозрением. Максима он тоже настораживал. При свете выяснилось, что кокон не белый, как казалось в темноте отвала, и не идеально круглый. По форме Азаматова находка напоминала скорее дыню, а цветом — старые кости. Ассоциация была неприятная, и Кошкин еле сдержался, чтоб не поёжиться. Не хватало ещё спецназ смешить.

Оба маленьких оконца грузовика были занавешены, так что оставалось только догадываться, где они едут.

Точно! Славик!

Кошкин мысленно отругал себя за невнимательность и полез за телефоном, чтобы написать Русланову приятелю.

Где-то снаружи раздался пронзительный автомобильный сигнал — Кошкина швырнуло сначала на одного силовика, потом на другого.

Максим уронил телефон, пребольно врезался локтем в какую-то часть обмундирования соседа и чуть не рухнул на кокон.

Грузовик встал. И тут же получил удар сзади. Несильный, но ощутимый, со скрежетом.

— Целы? — рявкнул водитель.

— Да! — отозвались сразу трое или четверо спецназовцев.

— Урод какой-то на красный пролетел, чтоб его!

Судя по звукам, водитель вышел из кабины и пошёл оценивать масштабы аварии.

Максим глянул на Азамата: тот потирал ушибленную то ли о соседа, то ли о стенку голову, и решил проверить, не Егор ли их стукнул.

Он уже начал подниматься, когда раздался напряжённый голос Азамата:

— Кокон треснул.

— И чего? — спросил сидящий рядом спецназовец. — Думаешь, не успеем до вашей лабора...

— Красная тревога! За город! Живо! — заорал спец по редким существам так, как не орал никогда.