Загадка обыденной жизни

—А кто тогда работать будет?

—Тоже верно, — слишком уж нарочито вздохнул Сайзен, а Талий совсем побледнел и принялся лихорадочно собирать пакетики с тумбочки. — Да, разрешите представить госпожу Наталью Астахову, Призванную, которая и занимается этим делом.

—Призванная, — протянула дама, явно проглотившая готовые уже сорваться с ее губ возмущенные слова и сейчас внимательно изучавшую девочку. — Мой брат даже до такого дошел… Видать, пришлось раскошелиться, чтобы пришла сама Призванная.

Наташа не стала говорить, что ее сюда отправили скорее в наказание, но видно эти мысли настолько ясно отразились на ее лице, что Сайзен ехидно так усмехнулся.

Девочка отвернулась и молча прошла к кровати, делая вид, что изучает ее. Потом присела на краешек, рядом с телом, провела рукой по краю. Присмотрелась. Потерла пальцем какое-то пятно. Нахмурилась. Наклонилась и принюхалась. Поманила Сайзена.

—Чем пахнет?

Тот хмуро глянул на девочку, но послушно наклонился.

—Хм… Валерьянкой, похоже.

—Похоже… С чем этот запах спутать можно? — Наташа снова заглянула под кровать, провела рукой под матрасом.

Выпрямилась и задумалась. Снова огляделась. — Господин Лаистер, можно осмотреть кабинет вашего отца?

—Кабинет? Если нужно…

—И еще… Можете послать кого на кухню. Пусть узнают, есть там перловая каша.

—Перловая каша? — Лаистер совсем растерялся.

—Да. Если нет, пусть слуги пройдутся и купят тарелку готовой. Желательно свежей.

—Эм… — Лаистер с недоумением глянул на Сайзена, но тот глядел уверенно и сурово. — Хорошо, — сдался он.

— Распоряжусь. Что-нибудь еще?

—Нет, теперь в кабинет. И у двери спальни поставьте кого, пусть без вашего ведома никого не пускает.

Сестра Лаистера терпеливо стояла в центре комнаты, переводя взгляд с одного собеседника на другого. Воспитание у нее было, похоже, то еще. Наташа даже восхитилась. В текущем дурдоме лично она никогда не сумела сохранить такое вот спокойствие и молчать. Обязательно высказалась бы. Только когда все стали покидать спальню, она на миг задержала взгляд на теле отца, которого уже укрыли одеялом.

К кабинету отца она пошла вместе с братом.

—Поясните мне один момент, госпожа Призванная. Я так понимаю, что что-то вас тревожит. Что-то, что не дает вам возможности признать смерть отца от сердечного приступа.

—Пятно валерьянки на простыне. Оно свежее. Самой настойки валерьянки в комнате нет, — отозвалась Наташа, продолжая шагать и одновременно размышлять. — Есть и еще кое-что.

Сайзен нахмурился. Глянул на девочку.