Магическая Москва 3

Видела где и как можно было прикоснуться к нему теплом, бегущим по телу. Сейчас правда не тем, что было именно ее, а тем, которое она впитывала от зажатого в руке артефакта.

– Идешь через себя, – с некоторым неудовольствием констатировала Алиса, – а только потом тянешь из накопителя. Ну да ладно, пойдет. Держи все так, ровно. Минут пять – и порядок.

Инга кивнула.

– Вот и хорошо. Сейчас сниму стабилизацию – и начнем.

Алиса положила руку на одну из ближайших к себе рун, вырезанных на каменном столе-кровати. Судя по тому, что ощущала Инга, это было что-то подобное «ядру», только для артефакта.

Что-то вроде центра управления.

Короткий приказ – и свечение рун изменилось.

Мужчина чуть слышно застонал в момент, когда целительница положила руку к нему на грудь и закрыла глаза.

Теперь Инга чувствовала не только тепло, вытаскиваемое из камня и передаваемое другому человеку, не только находившееся совсем «близко» в не совсем реальном смысле чужое ядро, но и что-то, бывшее за ядром.

Чужой Исток.

Неуловимый, ускользающий, словно бы желающий уйти от внимания.

Чувствовала эмпат и как с руки целительницы прямо к корням черного цветка стекало… что-то. Что-то больше всего похожее на жидкую сталь, на ставшую вдруг почти реальной чужую волю.

Простой приказ «Усыхай». Усыхай. Освобождай.

Инга знала, что для нужного образа, для нужного потока энергии требуются порой часы поисков. Требуется определенный настрой, слова-мантры сосредоточения, помогающие выпускать в мир энергию нужной «консистенции», нужного вида.

Порой даже руны-символы, опять-таки настраивающие тело и разум на нужный лад, приходилось представлять.

Это все лишь ощущалось со стороны чем-то простым – вот воля целительницы серой сталью прогоняет прочь черноту, вот черные нити усыхают, уменьшаются, истлевают…

И вот из-за цветка показывается иной образ. Что-то тонкое, незаметное, красное… Натянутое. Инга не знала что это было и почему она так это ощущала. Просто чувствовала и все.

В основании черного цветка находилась тонкая струна, не тоньше волоса.

Струна, как-то связанная с ядром лежащего на столе человека. И если эту красную струну задеть, а когда сталь от ладони целительницы дойдет до корней цветка, то это случится, то…

– Остановитесь! – Инга едва не разорвала передачу тепла, желая препятствовать движению стали.

Стали, уничтожившей корни, листья и лепестки, и почти добравшейся до черных корней.

– В чем дело?

Сталь остановилась, уравновесившись с чернотой.