Магическая Москва 3

И мысленно дала себе пощечину – этот-то ее оговорку точно услышит. Но слово, увы, обратно не вернуть. Добавила: – сами напросились, в общем.

– У всех тех, кто ехал в той машине, была семья. Матери. Отцы. Жены. Дети.

С каждым словом Инге казалось, что рядом появлялся новый образ. Вот пожилая старушка. Вот старик с бельмом на глазу. Вот уставшая женщина с грудничком на руках. Вот мальчуган лет десять…

И для них всех те, в машине, были как же близки, как и для нее – Паша.

– Вы могли бы повторить то же самое, глядя им в глаза?

Первой мыслью Инги было выпалить: «Да!».

Вот только… Вот только это не было правдой.

– Я… не думаю.

– А чтобы вы сказали тогда?

Инга закусила губу. Надо было сказать все правильно. Чтобы получить правильные результаты… Это ведь был очень, очень, очень важный вопрос.

Но у нее не было никаких правильных слов.

– Я… За такое нельзя извиняться. Просто… Если бы у меня был выбор… Я хотела бы поступить иначе, – и почему в груди она чувствует боль? Почему перед глазами вновь черный металл авто, а в ушах – выстрелы, – но они хотели убить Павла и меня.

В кабинете воцарилась тишина.

Инга тщетно пыталась прогнать непрошенный ком из горла и заставить навернувшиеся на глаза слезы высохнуть.

Целитель поднялся и пошел к своему столу. Инга, воспользовавшись моментом, взяла-таки одноразовый платок.

Николай Владимирович вернулся с кружкой, наполненной, судя по запаху, чаем.

– Думаю, на этом нашу предметную беседу можно считать законченной.

– А… воспоминания? – несколько гнусаво произнесла сбитая с толку Инга.

Целитель чуть улыбнулся.

– Я узнал все, что считал нужным. Вы – не свидетель преступления, и мне не было нужды вводить вас в ретроспективный транс и заставлять проживать все в мельчайших подробностях. А мотивы и эмоции я выяснил и так. И хочу, чтобы вы знали – к сожалению, иногда, особенно в работе сыска, бывают ситуации, когда приходится любыми способами защищать свою жизнь от посягательства извне.

Инга криво усмехнулась. Целитель говорил искренне… вот только он не был прав.

– Мне нужно было действовать… гуманнее. Попробовать усыпить их там. Как-нибудь.

– Вы действовали наилучшим образом с учетом своих знаний и умений. Если грабитель в темном переулке нападет с ножом на боксера и получит рефлекторный хук в подбородок, упадет и сломает шею – нападение все еще остается его выбором.