Сборник рассказов.

- Не нужно агрессии, - отец Николай вздохнул, - Я же не идиот и прекрасно понимаю, что от меня хотели избавиться. План простой и эффективный, но он провалился. Скорее всего Вам в этом плане отводилась роль экстремистов, мне невинной жертве, государство не причём. Причина моего убиения, ну возможно, что я всё переосмыслил и понял какое благо для общества несёт ниспровержение вековых устоев. Разрушение скрепов необходимо и неизбежно! – священник немного повысил голос и закашлялся, - Если общество считает себя цивилизованным, то перво-наперво оно должно отвергнуть мораль.

Забыть священные понятия Мать, Отец, Семья, Отчизна. Я всё это осознал, а Вы экстремисты ортодоксы убили меня за это, видимо так. Вы же, как там себя называете, орки? – священник улыбнулся.

- Ну не эльфы это точно, - Мирослав вернул улыбку собеседнику, - Все эти ярлыки. Орки, эльфы, хотя если орки это те, кто считает мужчину мужчиной, женщину женщиной, а родившегося ребёнка мальчиком или девочкой, а не «чадом» без половой принадлежности, то я орк.

Таких как я много, но тех, кто считает иначе, с каждым годом становится больше. Ежедневная промывка мозгов, то, что для меня и моих друзей является дикостью для них вполне нормально.

- Подружку свою вспомни, - подал голос Ренат.

- Да, моя знакомая, умная, красивая, - Мирослав на время задумался, - Она лишилась девственности лет в тринадцать, может и чуть раньше. Причем связь у неё были с одним из её отцов. И она не видит в этом ничего противоестественного. Для многих такие отношения в семье уже норма.

Педофилы и те уже норма. Как скоро нормой станут маньяки-убийцы, они же тоже особенные, и имеют право.

Закончив свой эмоциональный монолог, Мирослав замолчал. Некоторое время ехали молча.

- У цивилизации в целом, у общества, должна быль цель, - отец Николай вздохнул, - Лишившись цели общество начинает деградировать, устои рушатся, мораль становится пустым звуком, похоть возводится на пьедестал.

- И какая цель должна быть у цивилизации? И что нам делать? – спросил Ренат, он притормозил на обочине, чтобы размять ноги.

- Если бы я знал, - тихим голосом ответил священник, - Свою задачу я вижу, в том чтобы объединить тех, кто ещё не поддался тлену и разложению. По возможности попытаться сохранить наследие прошлого. Ведь уже сейчас уничтожаются бесценные литературные памятники, а маховик только набирает обороты. Должны появиться те, кто станет хранителями скрепов, чтобы, когда общество вылечится, наследие наших предков было доступно нашим потомкам.