Сборник рассказов.

Слухи или нет, но говорят, что патология даже детям может передаваться, но я не врач. Как говориться за что взял, за то отдал. Ты давай рюмку поближе пододвинь.

- Значит, лекарства здесь не найти, - Федор выпил, и расковыряв сырое яйцо, закусил им. Яйца по дороге он не съел, одно оставил себе, а другое отдал лавочнику.

- А что, не плохо, - Кеша, так же закусил самогон сырым яйцом, - Жаль, что яйца здесь слишком дороги, - лавочник засмеялся, - Но почему бы не пошиковать.

- Вот знаешь, что не понимаю, здесь же заповедник был, а зверей нет.

- Были, но только до того момента, когда здесь Зону Выживания создали, здесь настоящая «зона выживания» была. Тогда их всех и съели. А потом периметр сделали, огражденье, защитные турели минные поля. Ни сюда, ни от сюда не пройти, - Кеша замолчал, катая по столу пустую скорлупу.

- Благодаря пенсионерам, здесь все и живут, - Федор смотрел на лавочника, но ответа не ждал, он просто констатировал факт.

- Сейчас уже нет, а раньше если бы не пенсионеры, неизвестно, что бы было, - Кеша наполнил рюмки и поднял свою, - Ты когда говоришь, то думай о чем.

- Со Всеславом? – Николаичу было удивительно, почему Иннокентий назвал именно это имя. И еще он заметил «уже сейчас» во фразе лавочника. Значит ему повезло, и не факт, что его встреча с лавочником могла закончиться хорошо.

- Всеслав очень умный, гораздо умнее своего отца и братьев, если бы не он хутор бы так никогда не поднялся.

- Да было дело и детишек его знаю Марьяну и Кирюху, - Федор с теплотой подумал о детях, - Хорошие ребятишки.

- Всеслав, людей насквозь видит, - лавочник потянулся за рюмкой, но Федор свою прикрыл рукой.

- Пропущу.

- Ну как знаешь, - Кеша налил себе и чокнувшись с бутылкой выпил.

- Но одно дело догадываться, другое знать наверняка, - тихо проговорил Федор.

- Что ты сказал?

- Это не я, это Митрич сказал. Значит единственный путь в Зону через полигон?

- Митрич умный, настоящий русский мужик.

- Мне не отсюда, я думаю есть ли шанс сюда через полигон попасть? – Федор поймал на себе удивленный взгляд.

- Полигон, это сотни квадратных километров, и на каждом из этих километров идет война. Мусорщики постоянно делят зоны влияния.

- Я это прекрасно знаю.