Тень Одинокой Горы

«В хорошую погоду я бы хотела взглянуть на эти леса, — подумала Илина, зажмурившись. — но сейчас мечтаю только срубить их к черту!»

Спустя минут двадцать — а по ощущениям прошла вечность — они выбрались на полянку, встретившую их бурлением темной речушки.

— Аккуратнее, он у нас шутник. — Надья тихими шагами заскользила по мостику. — Надеюсь, у его чувства юмора сегодня выходной…

Не понимая, о чем речь, Илина пошла следом и вдруг заметила: в глубине журчащей воды двигалось нечто необъятных размеров. Голубое тело его блестело от стекающей ледяной воды, и на секунду вынырнула голова — очень уж уродливая! Болотно-зеленая борода состояла из одних только водорослей.

Хитро сверкнувши маленькими глазками, существо вновь погрузилось в воду.

— Кто это такой? — от интереса журналистка наклонилась ближе, но Надья одернула ее.

— Водяник. Я вас еще познакомлю, только не думай сейчас туда грохнуться.

Больше им на пути мистические жители не попадались. Тропинка поляны вывела ребят к высоким кованым воротам, окруженным кустами жимолости, где отдельной стайкой замерли дубы с яблонями.

Пора еще ранняя — плодов не видать.

Илина заметила острые наконечники ворот — те отливали то ли металлом, то ли серебром. Тяжелая калита распахнулась, и их взору открылась каменная арка, исписанная чем-то вроде рун.

— Мы иногда используем методы других народов, — сказала Надья. — для безопасности.

В своих записях Илина еще не раз попытается описать все волшебство замка, но его необычность плохо поддается словам. Первым в глаза бросался темный камень, из которого выстроились четыре высоких этажа.

Каждая часть дома словно жила странной жизнью, поэтому ровные углы почти отсутствовали: можно подумать, комнаты тут появлялись в разное время и по собственному желанию. Каменные стены овивали лианы-фаллопии и дикорастущие розы, а в глубоких трещинах жил густой мох.

— Куда она ведет? — Илина спрашивала о боковой внешней лестнице.

— Эта нужна для выхода к теплицам и виноградникам. А уже оттуда можно попасть в винные погреба.

Ребята подошли к главному входу, и журналистка не сдержала восхищенного вздоха.

Глазомером она обладала сомнительным, но дверь вмещала минимум два ее роста, широко раскинутая, с позолоченной резьбой. Молоток в виде волчьей головы призывно блестел, и Надья трижды постучала.

— Теперь я вас со всеми познакомлю.

Холл раскинулся перед ними во всем великолепии. Мраморный пол разъехался волшебными узорами: мягкие цветочные линии перетекали в строгие геометрические образы.