Подпольный Алхимик

– Вы ведь зачем-то спросили мое имя? Оно что, попало в какие-то неведомые мне черные списки?

- Что вы, - поспешил я успокоить клиента. – У нас осталось очень ограниченное количество товара, который был заранее забронирован некоторыми из клиентов. Приносим свои извинения.

- На что мне ваши извинения… - хмуро отозвался мужчина. – И когда будет товар?

- Не могу точно сказать. Давайте так: вы оставите мне свой телефон, и как только товар прибудет, я напишу вам, что вы можете прийти за новой книгой Джона Чейни.

- Надеюсь, вы не заставите меня долго ждать.

Недовольный клиент, чиркнув цифры и свое имя на бумажке, резко развернулся и покинул магазин.

Ни Кая, ни Филип подробно не проинструктировали меня по поводу таких вот экземпляров. Старший Ульберг лишь велел крайне вежливо давать им понять, что в скором времени проблема будет улажена.

За остаток дня явились два клиента из списка Каи, и я отдал им товар – бутылка за полмиллиона крон. В чемодане лежало пояснение от Каи относительно цены.

Были еще три клиента вне списка Каи. И они были крайне удивлены и недовольны, что очередных «томиков популярного писателя Джона Чейни» не оказалось в магазине.

Когда рабочий день Акселя Ульберга подошел к концу (как какая-то чернь стою за прилавком, в то время, как буквально неделю назад был правой рукой самого короля Джамалона – до чего же я докатился!), я запер магазин и отправился в особняк Ульбергов.

Он располагался на окраине города. И добираться туда мне предстояло на такой штуке, которая называлась… как же… ах, да, метро. Когда утром перед моим лицом пронеслись эти сцепленные между собой вагоны, мне стало слегка не по себе. Я, знаете ли, не из пугливых, столько крови в жизни видел… но эти машины моей новой реальности меня настораживали. Но надо привыкать. Теперь это мой мир. И я намерен занять в нем свое место под солнцем.

Раньше у каждого члена семьи был свой автомобиль, по словам Акке. После наступления нищеты пришлось продать все, кроме одного – отцовского роскошного джипа. Это все слова Акке. Сам я пока не разобрался во всех этих технологиях, но впитывал в свою память все эти названия, слова и объяснения…

Так вот, всем остальным членам семьи приходилось пользоваться общественным транспортом, что, конечно, еще сильнее позорило род.