Похититель слов

Петр Леонидович ничего не понял и засомневался, наркоман парень или нет. А если да, то почему вернул телефон? Разве не должен был продать за дозу? С минуту они смотрели друг на друга. Взгляд парнишки с простого и открытого сменился на острый, пронизывающий. Весёлые искорки, плясавшие в голубых глазах, сделались ледяными и колючими. Петру Леонидовичу стало не по себе. По спине побежали мурашки, а внутри всё схватилось болезненным спазмом. Игру в гляделки он проиграл.

– Ладно, ты давай за ум берись, нечего дурью маятся, – для виду пригрозил он и собрался закрыть дверь.

Парень ловко сунул худую ногу в проём и запротестовал:

– Нет, вы меня не поняли, теперь я ваш должник и обязан помочь вам.

Он снова смотрел тепло и открыто.

– Что? – Петр Леонидович ещё не мог отделаться от странного ощущения озноба во всём теле. – Не нужно мне твоей помощи.

– Но вы же сказали, что умираете. Да я и сам вижу, что умираете. Не помочь с моей стороны было бы неправильно. Создать дисбаланс, – заявил паренёк и крепче упёрся в дверь ещё и рукой, не оставляя никаких шансов закрыть её.

– Что? Да как ты мне поможешь, мальчишка? Ты себе лучше помоги! – В сердцах воскликнул Пётр Леонидович.

– Я уже в полном порядке, не без вашего участия, конечно. Теперь моя очередь, – парень уверенно шагнул в квартиру прямо на Петра Леонидовича. Тот отпрянул и освободил дорогу нежданному гостю.

Дверь закрылась.

– Пойдёмте на кухню, выпьем чаю, поговорим. Лет сто не пил настоящего чаю, – предложил паренёк оторопевшему Петру Леонидовичу.

– Есть конечно, – ответил тот и мотнул головой в сторону раскрытой двери.

– Вот и замечательно, – просиял паренёк и отправился туда не дожидаясь хозяина.

Совершенно не смущаясь, он подвинул вываленные на стол лекарства, ручку и белый лист бумаги, который должен был стать предсмертной запиской.

– Это вам не понадобится, – уверенно заявил он. – Вы мне чаю заварите, а я всё расскажу.

– Вам с сахаром? – Пётр Леонидович перешёл на вы. Он теперь ощущал, что паренёк старше, чем может показаться, и опаснее что ли. Странное несоответствие внешнего и внутреннего. Он обманулся в первый раз в своих суждениях «по одёжке».

– А варенье есть? – вдруг совсем по-детски поинтересовался гость, и снова сбил Петра Леонидовича с толку.

– Вишнёвое. И мед ещё. И пряники.

– Давайте, всё буду! – улыбнулся паренёк и откинулся на спинку дивана.