Похититель слов

Сосед рассказал, как долго она с болезнью боролась, а потом, раз, и сгорела, как свечка. Пётр Леонидович тогда и не подумал, сколько часов обсуждал с ней в чате проблемы дома, затоптанные газоны, хулиганов. Подумал про свой рак, как удачно он избежал смерти. А что если… сколько бы прожила Марья Петровна, если бы не эти переписки в чате? Дольше на несколько дней или лет? Пусть он забирает минуты, но если вспомнить банальные законы физики, при передаче всегда есть потери энергии. А что если там, с той стороны экрана, люди отдают часы? Такое в голову не приходило?

Знал он, знал, что виноват! Просто даже мысли решил не допускать об этом.

И когда Петровна умерла, легко так рассудил: рак, конечно, всё дело было в раке. Так он позволил себе решить. И продолжил строчить в чатах, получать заветные слова. А теперь вот Оля. Что если она погибнет?

Он готов был передать ей свои жизненные силы, поделиться. Но как? Только воровать может, сам стал как раковая опухоль!

Пётр Леонидович бежал по больничному коридору.

Он допросил врачей, пробился через заведующего отделением, сухонького, но крепкого мужчину лет пятидесяти. И теперь спешил, мысленно повторяя про себя номер палаты: "вторая, вторая, вторая ". Как будто мог забыть.

Он распахнул приоткрытую дверь, скользнул взглядом по двум рядам больничных коек. Вот она! Оля! Укрытая до самого подбородка белым больничным покрывалом, с выпростанной из-под него бледной рукой. На лице кислородная маска. Глаза закрыты, кисть обвивает прозрачная трубка капельницы.

– Оля! Оленька! – Пётр Леонидович кинулся к женщине, внутренне содрогаясь от мысли что опоздал.

Рука была тёплой. Но Оля никак не ответила на его прикосновение. Даже не пошевелилась.

– Ты что, дурной что ли? – возмутилась грузная чернявая женщина с соседней койки. – Не видишь, под капельницей она? Спит. Второй приступ недавно был.

– Когда?! – подскочил Пётр Леонидович.

– Да с полчаса назад, – ответила женщина.

– С полчаса! – Пётр Леонидович чуть не задохнулся от подступившего к горлу спазма.

– Это я! Я виноват!

– Ты это, не кричи так, – строго заметила чернявая. – Всё отделение переполошишь. Люди здесь больные, отдыхают. Им тревожиться нельзя. Да и сам вон бледный какой, не нервничай, а то впору в соседнюю палату ложиться. Или приляг здесь, вон сколько места свободного.

Ответить Пётр Леонидович не успел. Только обвёл глазами пустые койки и подумал: «прилечь мне давно пора, только не здесь».