Пыль дорог

– А не будешь гадости говорить, – буркнула Леседи. – А будешь умничать, я маму в гости приглашу. На пару месяцев.

Магистр Крау ощутимо сбледнул с лица.

И было с чего. Видел он свою тещу всего пару раз в жизни: на свадьбе и потом еще разочек, но воспоминаний хватило надолго. Миссис Соун была дамой крайне необъятных размеров, регулярно выписывала «Женский вестник» и «Женскую мысль», считая госпожу Покровскую носителем великого тайного знания, а уж ангельскому характеру тещи магистра Крау могли обзавидоваться Сцилла с Харибдой – его тетушки.

– Может, решим спор мирными путями? – осторожно поинтересовался он.

В любом случае к тому моменту, когда Кебриан уже готов был запросить пощады, тренти внезапно остановился и жизнерадостно сообщил, бойко поправляя ожерелье из сушеных поганок:

– Еще полчаса перехода – и мы возле Ромии.

Ила, уставший не меньше своего спутника, бросил на проводника жалобный взгляд и чуть слышно выдохнул:

– А можно хоть пару минуточек отдохнуть?

– А зачем? – удивленно поинтересовался старик.

– Мы вроде не быстро шли и останавливались.

Ответом ему был дружный стон: если те жалкие минуты, когда тренти оглядывался по сторонам и вспоминал, в правильном ли направлении они идут, можно было назвать остановками…

Но передохнуть им все‑таки дали. Хотя лучше бы они пошли дальше… Нет, из зарослей смородины никто не напал, не повалилось внезапно дерево – все было намного проще: к тому моменту, когда путешественники вышли на берега Ронии, наступила глубокая ночь. А потому Кебриану пришлось терпеть на ужин новую порцию грибного супа.

Как он пережил эти ужасные минуты, осталось тайной даже для него самого.

Поутру, когда тренти попрощался со странниками и скрылся где‑то за деревьями, Кебриан с непередаваемой радостью в сердце забросил весь грибной паек, выданный Даниисом, подальше в кусты.

Если об Окармии Кебриан знал хоть что‑то, то долина, изрезанная множеством притоков Кашмаира, была для него тайной за семью печатями. Тренти проводил путешественников до тоненького ручейка Ромии, а выйти по течению из леса уже не составило труда.

Честно говоря, воспитанник правителя Краши не знал, радоваться ему или печалиться. С одной стороны, не пришлось блуждать по лесу, а с другой… Глядишь, так и в Шиамши раньше попадешь, а Кебриан, выбирая самый длинный путь, искренне надеялся за время странствий окончательно собраться с духом для того ответственного шага, что ему предстоял. А тут вдруг получается, что идти пришлось на три дня меньше.