Пыль дорог

Магистр легко уклонился, и шарик пролетел над головой начавшего подниматься с земли подопечного – того, что посветлее, – Леседи решила, что будет курировать обоих. Парень этого даже не заметил, лишь нервно подернул плечами, когда сверху вдруг посыпалась труха. От спикировавшего с ветки пустого птичьего гнезда он, к счастью, успел увернуться.

Идти, конечно, можно долго. Упрямо огибать деревья, не обращать внимания на выпирающие из земли корни. Просто идти вперед, устало смахивая со лба пот. Вот только далеко ты не уйдешь, обнаружив в какой‑то момент, что стоишь, прислонившись плечом к массивному стволу дерева, хватая ртом воздух.

Что и произошло с Илой. Юный беглец и сам не заметил, как остановился. Просто понял в какой‑то миг, что дальше идти не может.

Впрочем, уйти очень уж далеко у него бы попросту не получилось: в лесу чересчур стемнело – похоже, прогулка затянулась на большее время, чем Иле показалось сначала. Даже серебристо‑белая тропа, ведущая от Золотого Цветка, затерялась в синеве наступающей ночи.

Пели цикады. Огоньки светлячков несмело перемигивались меж зеленых листьев. На небольшой полянке медленно закрывались распустившиеся за день бутоны цветов.

– Привал! – выдохнул уставший не меньше него Кебриан.

Ила устало сполз на землю и выдавил:

– А я дальше и не пойду, хоть убейте.

Его спутник только плечами пожал – погони от лесного города не наблюдается, а значит, можно отдохнуть. Вот только ему не дали даже глаза закрыть.

– Меня интересует один глупый вопрос, – напряженным голосом поведал в темноту наступающей ночи Ила.

– Мы так и ляжем спать голодными?

Кебриан, повалившийся на землю, задумчиво приподнял голову:

– А у тебя есть другие предложения?

– Вообще‑то я рассчитывал хотя бы перекусить.

Кебриан с трудом сел – после волнений дня у него дико болела голова.

– Дай‑ка подумать. Кажется, у меня была с собой сумка. Там были вещи и немного еды. Куда ж она подевалась? Ах да, ее ведь забрали в Золотом Цветке, когда меня схватили.

Надо же, осталось только то, что было при себе.

Может, в его голосе и не звучало издевки, но Ила ее явственно услышал. Правда, ответить ему было нечего. Мальчишка хмыкнул и отвернулся от вновь преспокойно задремавшего Кебриана.

Впрочем, обида длилась недолго – ровно столько, чтоб до сознания Илы дошло, что он находится посреди дикого леса, где вполне могут обитать хищники, просто мечтающие подзакусить нежным эльфийским мясом.