Крылатый

Взмыв над обрывом, я задержал взгляд на группе наблюдающих за нашим безумным танцем людей, тех самых, которых мы напугали. 

— …!!! — нецензурно вырвалось, когда крыло задело невысокое деревце и меня закрутило в неуправляемом падении.

Выровняться не удалось, и я со всей дури врезался правым плечом, спиной и головой в земляную насыпь, да ещё ухитрился впечетаться в камни, полузасыпанные землёй. Крылья судорожно втянулись в спину, а я остался лежать. Ван был слишком высоко и люди, стоящие неподалёку, оказались подле лежащего меня первыми.

— Он там живой? — поинтересовался у склонившегося ко мне седого дядьки молодой парень, чем-то неуловимо похожий на этого самого дядьку. Такой же здоровый и напоминает волкодава, только черноволосый, в отличие от седого мужика.

А меня разобрал неуправляемый смех. Не пытаясь подняться, я начал слегка истерично хихикать.

— Ирдес!.. — Ван едва не рухнул, спрятав в личное пространство лейтэр ещё в воздухе и в два прыжка оказавшись подле меня. — Жив, братишка?! 

Он то ли вообще не заметил людей, то ли принципиально не обратил внимания на тихие шёпотки: «Эльф, эльф! Настоящий!.

.». Ну надо же было этим туристам попасться на пути? Если бы я не засмотрелся на вон ту рыжую девушку, то заметил бы это дурацкое дерево!

— Кха-ха… ой… нет… — выдавил я, сквозь смех. — Я себе, кажется, что-то сломал.

— Руки-ноги чувствуешь? Двигаться можешь?

Убедившись, что «что-то» — это не позвоночник, брат заставил меня подняться на ноги и снять футболку.

Пока он осматривал обширный ушиб и оценивал серьёзность повреждений, я глядел на порванную футболку и тайком разглядывал людей. Вон тот седой дядька точно главный. Те трое — просто в составе компании, а вот эти двое, высокий парень с рыжей девушкой — его дети. А чего эта рыжая на меня так пристально смотрит?

— Ребро сломал, дурак! — сообщил светлый, отвесив мне подзатыльник. — Потерпи, сейчас на место поставлю.

— А-а-а, садюга!.. — заорал я, когда Ван выполнил обещанное. — Послало же Небо брата…

— А то ты не рад, — хмыкнул светлый.

— Счастлив… — выдавил я.

— Сломанные рёбра перетягивать надо, — подала голос та рыжая. 

Вот оно, ведро эльфийского презрения! Я так смотреть не умею. 

— У нас бинт есть, — встрял брат рыжей девушки, которая очень смутилась от взгляда, которым ее одарил Ван.

— На мне и так всё заживёт! — попытался отмахнуться я.

— Повозмущайся мне ещё! — рыкнул мой светлый братец. — Давайте, перебинтуем этого дурня.