Крылатый

Маму, скорее всего, удастся уговорить позволить мне остаться в этом городе, тем более что и дедушка решил пока остаться здесь. Так что предстояло безумное соревнование с Маньяками и Ваном в негласно объявленном конкурсе «самый неадекватный Призрак». И Ветер тоже ждёт сумасшедших полётов.

Весёлый мне предстоит год! Скорее бы зажили эти проклятые раны, а то я умру от скуки…

Чёрная метка

Проснувшись и потянувшись, я тут же высказал сквозь зубы этому миру всё, что о нём думаю. Сотню раз клятые кошмары.

— Запомню… — Легкий смешок Ветра подействовал не хуже ведра ледяной воды, вылитой на голову.

— С добрым утром, — недовольно ответил я, поднимаясь с постели. 

Ветер открыл окно моей комнаты, чтобы разбудить, когда на улице едва светало.

— Ты что, вообще никогда не спишь? — мрачно поинтересовался я у стихии, разыскивая по комнате разбросанные как попало вещи.

— Сплю, — ответил он. — Только значительно меньше, чем ты.

— Ргрх! Зачем ты меня так рано поднял? Пять утра! У тебя совесть есть?!

— Со-овесть… это что? Орган такой? — ехидно поинтересовался мой нематериальный собеседник.

По тону было сразу понятно, что этот гад прекрасно знаком с понятием «совесть». Фыркнув в ответ нечто нелицеприятное, я поплёлся в ванную комнату и наскоро умылся ледяной водой. Натянув драные джинсы и плотную чёрную футболку с надписью «Белый и пушистый», хлопнул ладонью по ехидно скалящемуся клыкастому смайлику, нарисованному под надписью, принялся расчёсывать и заплетать волосы в косу. Когда меня зовёт с собой этот псих, лучше их убрать потщательней.

— Полетели уже! — поторопил меня Ветер.

— Да подожди ты…

Отчаявшись найти по комнате пару одинаковых носков, я надел два более-менее подходящих по цвету, натянул чёрные кроссовки и принялся за поиски браслета.

— Это потерял?

— А? — обернувшись, едва успел поймать свой браслет. — Спасибо, — поблагодарил я, замкнув артефакт с малым пространственным карманом на запястье. 

— По-ле-те-ли! — настойчиво повторил Ветер, подталкивая меня к распахнутому окну.

Привычно скользнули на волю полупризрачные крылья, которые легко подхватил Ветер, почти пинком выкидывая меня из окна. Но вместо земли навстречу рванулось небо. Он вёл сам, я не прикладывал к полёту усилий.

— Куда мы? — спросил я у стихии, зевая и подавляя желание начистить его нематериальную морду.

Погода не спешила радовать. Холодное утро заставляло ёжиться, серые облака низко припадали к земле.

— Увидишь, — только и ответил Ветер.