Крылатый

— Ты нас дождись! — крикнул Даня, бросаясь вслед за сестрой.

— Да что там делать, в этом клубе? — уныло спросил Макс.

— В смысле, «что»? — удивился я. — В человеческих клубах делают не то же, что в тёмных?

Легенда заржал, а Юлька опять попыталась меня задушить. Не придушит, конечно, я прочный, но протестовать обязан.

— Хватит покушаться на моё тёмное высочество! — возмутился я. — Вон на Лёху покушайся, у него шея толще моей раза в три, его и удушай!

Вру, конечно. Мне даже нравится когда она лезет обниматься, я очень привязан к нашему навигатору.

Близнецы прибежали меньше чем через десять минут, снова в одинаковых джинсах, расшитых чёрным и красным бисером — у Мани и заделанные чёрно-красными аппликациями — у Дани, в одинаковых сверкающих рубашках с одинаковым безумным блеском в глазах.

— Куда пойдём?! — хором воскликнули они.

— А вот это вы мне скажите, дети ночи, — пожал плечами я. — Это ваш город. Кстати, не скупитесь с выбором, сегодня я плачу.

Близнецы переглянулись и улыбнулись так, что захотелось спрятаться от этих двоих подальше.

Кирпичное строение, примечательное разве что рисунком собаки на вывеске, вызвало у меня приступ скептицизма. Пока я не оказался внутри. Мне понравилось всё и сразу — зал, свет, бар, разбросанные по углам столики, музыка. На пока ещё пустой сцене стояли инструменты.

Посетителей было достаточно, но не толпа. Даже мне пришлось показать свои настоящие документы, чтобы нас пропустили, и дать приличную взятку, чтобы промолчали.

Я покосился на безрадостно оглядывающегося Сказочника и усмехнулся, вспоминая, как его удалось уговорить пойти с нами. 

…— Ну, Маньяков-то надо будет до дому проводить! С тобой близнецам ничего не грозит.

— Не надо нас провожать, мы сами не боимся!

— Да я не за вас беспокоюсь, а за ваших случайных жертв. Ещё прибьёте кого-нибудь, а Сказочник за вами хоть проследит…

А вот Глюк так и остался коротать ночь на пару с новым монитором.

Мы заняли столик на время до начала концерта. Заказав фирменные напитки бара, я не прогадал с выбором.

В половину двенадцатого ночи на сцену вышли музыканты и два солиста — парень лет двадцати и девочка-гот лет пятнадцати. Голоса у обоих оказались приятные, и петь они явно умели.

Маньяки выскочили на танцпол в числе первых. Я, взяв Кису за руку, помчался следом, а Легенда остался охранять столик.