Крылатый

В меру длинное, тоже в серебристо-чёрных цветах, оно подчёркивало все достоинства и без того идеальной фигуры навигатора скрывая несуществующие недостатки. На возмущённое: «Мне не по карману!» — мы только посоветовали навигатору заткнуться и выбрать туфли. И конечно, расплатились за все покупки сами, не забыв и о не подготовившихся к походу за обновками Маньяках.

Часы, оставшиеся до ночи, решили переждать у Юли, поэтому завалились к ней всей весёлой толпой. Юлина мама, оказавшаяся дома, долго восхищалась обновками дочери.

Но Рысь с Ваном пинками загнали меня в комнату, не позволив сразу приняться за сладкое. Это не честно — отнимать у меня вкусняшки, которые я уже успел мысленно съесть.

— Пошли, посмотрим как твоя спина! — сказала Рысь. — Тебя бы, по-хорошему, не в клуб, а в травмпункт отправить.

— Да у меня же «заживалялка» лежит! — попытался отмахнуться я.

— Сядь, — принял сторону Рыси Ван. — Мелкий, ты ведь никогда раньше не ломал крыльев. Дай мы посмотрим ещё раз. Вытряхивайся из рубашки!

Я раздражённо дернул плечом, но сел на предложенный стул, повернув его спинкой вперёд, и снял рубашку, убрав волосы со спины. Брат срезал бинты, я терпеливо ожидал, когда он и Киса закончат с осмотром моей травмы. Нам с братом предписаны курсы фельдшеров по законам образования тёмных и светлых, так что к врачу с каждой царапиной или даже несложным переломом мы не идём.

— Плохо, — сказала Рысь. — Как ты ещё рукой шевелить умудряешься?

— Легко, — продемонстрировал я, вытянув руку в сторону и помахав ею вверх-вниз. Ноющая боль никуда не девалась, но скрывать её мне не впервой.

— Да сиди ты тихо! — сказала Киса. — И выпусти-ка крылья.

— Может не стоит? — робко возразил я.

— Давай посмотрим, — сказал Ван. — Может, там серьёзнее, чем мы думали.

Такая перспектива меня не то чтобы не прельстила, а, откровенно говоря, серьёзно напугала! Бескрылый Крылатый?! Лучше сразу с крыши головой вниз!

Сжав зубы, я выпустил крылья, выгнулся и взвыл от дикой боли. Невыносимо! Хуже, чем в прошлый раз! Прикусив костяшки сжатого кулака, на одних рефлексах пару раз быстро взмахнул здоровым крылом и максимально расслабил повреждённое.

— Небо, как больно!.. — выдавил я.