Лесной техникум

На какое-то время воцарилась относительная тишина, прерываемая изредка тихими репликами. Рыбалка, что ни говори, любит тишину. Но уже через четверть часа и пару вынутых Ваней из реки плотвичек, Ник заявил:

– Так, кто-нибудь шашлыка хочет?

Народец оживился, все резко смотали удочки и переместились к костру, стали доставать нехитрые припасы. Ваня тоже отметился несколькими помидорами и огурцами, которые сорвал по дороге, в парнике. Появилась бутылка с мутной белесой жидкостью, что вызвало дополнительное оживление.

Марго снова вынырнула из травы, оценила обстановку и слиняла, утащив заодно и Машу, свою подружку.

– Вот краля! – выдохнул Ник, глядя в стакан, куда уже успел плеснуть стыренного у отца самогона. – Хоть бы раз осталась с нами посидеть.

– Это правильно, что не осталась, – буркнул Ваня. – Ты нажрёшься, крышу тебе снесёт, поимеешь её, тебя и посадят. А она того стоит?

– Деваха сочная... – с сомнением ответил Ник.

– Да брось, – влез Шурка, тоже парень из Москвы, на год старше Вани.

Ребята глотнули свою дозу самогона, закусили бобром с овощами. Ник тяжело вздохнул:

– Вот странный ты человек, Ваня! С одной стороны я тебя сильно уважаю, а с другой бесишь ты страшно. Уважаю, потому, что как ты ни скажешь, всё правильно. А раздражаешь потому, что твоя правильность всегда говорит, что всё фигово. Вот как ты так можешь?

– А думаешь мне легко? – огрызнулся Ваня, сосредоточенно рассматривая жидкость в своём стакане.

По ходу вздрогнули по новой и разговор продолжился:

– Вот даже пьёшь ты не как все, чуть чуть, по глоточку... – продолжил свои рассуждения Ник.

– Потому, что если я приду домой чуть-чуть, бабка носом пошевелит, побухтит и отвянет, а если я нажрусь серьёзно, она настучит матери и вот тогда меня отсюда точно увезут, за шиворот. Да ещё и вам отольётся.

– А ты что, не можешь.

– А чего он может? И ты бы ничего не смог. У него мамка бешеная, как трактор, всех запашет. И вообще, мужики, на будущее, от разведённых баб надо держаться подальше, а уж если баба карьеру делает, как его мать, вообще лучше близко не подходить. Ты, Вань, извини, если что...

– А чего извини? – пожал плечами Ваня, – Я себе мать не выбирал, я вообще не просил, чтобы меня рожали.