Obscure 2

Я как будто оказалась на скучной лекции профессора призрака в Хогвартсе. Также он упомянул и об одном основателе Хогвартсе, о котором в данное время делал заметки и даже ваял скульптуру, которая стояла посередине зала.

Рассказывал мужчина много, то и дело вспоминая всё больше деталей. Но, выходило у него что-то непонятное — каша из всех возможных сведений ото всюду. Вдруг сверху, через специальную выемку под потолком, в кормушку залетела сова. Птица что-то оставила в кармашек кормушки и требовательно постучала по дереву.

— Извините, это заказ новой Придиры, — по его легкому стуку палочки вся типографская машина ожила и спустя несколько минут издала свежий выпуск прямо с конвейера. Теперь комната пропахла чернилами, красками, клеем и прочими токсинами. Не удивительно, что он выглядит как угашенный вусмерть, раз он постоянно дышит всем этим добром. Он забрал монеты у птицы и прикрепил к лапу свою газету. Не успела сова улететь, как вдруг раздался другой щебет птиц. Не стоит пугаться, мы не будем ждать, когда он выполнит еще один заказ.

— О, это должно быть она! — обрадовался мужчина, — пойду открою, а вы пока ознакомьтесь с моими статьями о братьях Певереллах.

Разминая глаза, Гермиона пыталась вникнуть в заметки мистера Лавгуда. Она то и дело, закрывала глаза, будто засыпала. Мне точно не кажется, что тут слишком душно. Почему ничего тут не проветривается… Видимо хозяин уже привык. Под странное состояние внезапной вялости я еле дошла до окна, чтобы проверить, как увидела странный черный дым возле дома и услышала щелчки.

Что за…

— Гермиона… — гриффиндорка не ответила, и я поздно поняла почему. Она спала на кресле.

— Гермиона!

Никакой реакции. Черт! Это… Тот сладкий чай… Неужели… Вот ссук… Мои голоса начали копошиться, словно пчелиный улей. И только благодаря им, я пока не пала в сон, который сжимал в тиски. Руки и ноги едва слушались, когда я пыталась будить гриффиндорку. Потом вернулся он. У меня не хватило сил, чтобы чем-то ответить. Его образ троился, все кругом плыло, медленно обволакиваясь чернотой.

— Ты…

— Простите. Но я должен спасти свою дочь. Я не могу её потерять…

Я помню, как попыталась собрать магию в ладони, но меня опередил мистер Лавгуд со своим голубым лучом:

— Stupefy!

Следом за ним пришли незваные гости. Он пропустил людей в черных мундирах. Теряя сознания я лишь слышала утихающие голоса:

— Как договаривались…

— Верно. Госпожа Лестрейндж будет рада.

— Куда их?

— Сначала к ней.