Obscure 2

Эймс точно ошивалась где-то рядом, но не спешила мне помогать с объяснениями. Как она любит повторять: «я сама должна понять». Но я вообще не вдупляла, и по всей видимости двигаюсь куда-то не туда. Сегодня опять нужного эффекта достичь не удалось. Я стояла пока кровь не свернулась полностью, порез больше не зиял, осталось лишь пятно крови на руках и капли на полу.

Почему не получается? Как я должна установить «связь» с кровью? Как? Обязательно нужно быть при смерти, что ли? Нифига не понятно, Эймс! В ответ получила лишь игнор.

Ладно.

Смахнув кровь с лезвия, вернула нож обратно в карман. Не буду больше мучать руку и себя заодно. Итак, чем бы ещё заняться? Без особого желания весь остаток утра я тупо побегала, попрыгала и избила грушу. Магия магией, но нужно держать себя в хорошей физической форме. В большинстве случаев быстрые ноги будут намного полезнее, чем эм… Все остальное. И вообще, результат своих физических упражнений ты точно заметишь, а не вот эту фигню с кровью.

После завтрака к одиннадцати к нам с новостями пожаловали наши встревоженные товарищи-змеи.

Оказалось, авроры только начинают расследование и сегодня они также пришли. Заняв одну из аудиторий, массово опрашивали студентов, знакомых с пропавшими ребятами. Успели побеседовать с Гринграсс и парочкой слизеринцев из выпускного курса.

— Сколько их?

— Два аврора, один мужчина из попечительского совета Хогвартса и одна женщина из министерства.

— Повезло, что все пропавшие были из инспекционной дружины. А сколько там было членов?

— Если не брать в учет их, — посмотрела в сторону двери изолятора Дафна, — то остается всего несколько.

— С кем еще они поговорили?

— Не знаю. Сейчас в школе мало кто осталось.

— Но они могут рассказать что-нибудь о вас! — забеспокоилась Гермиона.

— О нас не знаю, но про Лайт наверняка. Аврор Говард Стикс, как представился мужчина в шляпе, имел при себе ваши листовки о розыске, — многозначительно посмотрела на меня блондинка.

— Листовки? — не поняла я Гринграсс.

— Там было твое настоящее имя, о котором здесь кроме нас никто не знает.

По лицу могут опознать в Антуанетте тебя настоящую из листовки. И тогда возникнут дополнительные вопросы.

— Ну, я просто не стану отсвечивать, пока они не уйдут, мол, была такая Антуанетта, сделала свои темные дела и свалила.

— Тогда возникнут вопросы уже к директору: «как он допустил перевод в школу преступницы?», «как не проверил?» и так далее.

— Ну, это уже не моя проблема, хе-хе.

— Авроры... — вдруг ожил Малфой.