Буревестник

Это будет мой последний выпуск, - проговорил Михаил, а затем повернулся к парням, - и как ты собрался защищать меня, если даже не можешь контролировать нормально дыхание?

- Я... - начал было парень.

- Вы просто кучка бездарных детей...

Остальное Глеб уже не слушал. Он знал наизусть, что сейчас скажет Михаил. Он даже поймал себя на мысли, что его тело от этих слов само вытянулось по струнке, словно на той поляне, среди этих зеленых парней, которых отчитывал Михаил, стоял он сам.

Да, методы Михаила были суровые и жестокие. Порой ученики находились на грани жизни и смерти, но, как показало время, именно его ученики чаще всего выживали в боях с духами.

- ... а теперь можете немного отдохнуть, - закончил Михаил свою речь и подошел к Глебу, который даже отсюда слышал вздохи облегчения.

- Удивительно, прошло столько лет, а я все еще помню каждое твоё слово, - усмехнулся парень.

- Судя по тому, что ты до сих пор жив, то помнишь не только слова, но и мои наставления, - вернул ему усмешку Михаил, а затем его взгляд стал очень серьезным, - а теперь рассказывай, что тут произошло.

Глеб коротко пересказал своему наставнику все, все события последнего дня. Начиная от того, как они почувствовали срыв печати, заканчивая ночной атакой Волчьего пастыря.

Естественно он опустил детали, о которых ему поведала Надя. Ведь не смотря, что Михаил был его наставником, опекуном, защитником - он, прежде всего, был одним из членов Совета.

Закончив рассказ, Глеб замолчал, давая возможность наставнику, осмыслить всю информацию.

- Ситуация паршивая. Теперь я понимаю, для чего сюда также вызвали инквизицию, - нарушив молчание, проговорил Михаил, - поначалу я думал, что ты опять ослушался приказа Совета, потому и вызвался, чтобы хоть как-то помочь тебе.

- Хм, значит Совет до сих пор злится, - себе под нос сказал Глеб.

- Злится. Это мягко сказано.

Глеб молчал. В оправданиях не было нужды. Он знал, на что шел, предлагая Рарогу свои условия.

- Но, тем не менее, все обошлось, - попытался улыбнуться Глеб.