Из пепла возрождаясь

«Однако, принимая во внимания прежние заслуги подсудимого перед Магическим сообществом, Верховный суд Магической Британии приговаривает…»

Абсурд, ставший реальностью.

«К лишению магии и вечному изгнанию в маггловский мир».

И прежний мир рухнул.

Гарри Поттер был предан и приговорен теми, кого он отчаянно спасал.

Он умер в тот самый миг, как магия покинула его тело.

***

Очнувшись, я бросил последний взгляд на обугленный труп и покинул комнату. И никакой вины или чувства сожаления. Предатели не имеют права на жалость и сострадания.

— Приберитесь здесь, — сухо бросив стоящей снаружи охране приказ, я стремительно направился к выходу. Больше мне нечего было здесь делать.

Я остановился лишь наверху у самого порога. На улице был ливень, а идти и мокнуть под дождем к машине, пусть она и стояла в сотне футов[5], не хотелось. Я закрыл глаза и вдохнул полной грудью свежий воздух, подставляя лицо и руки под холодные дождевые капли. Волосы и дорогой шелковый костюм промокли в считанные минуты.

Скорее всего его придется выбросить, но в эту минуту это было последним, что меня заботило.

В тиши дождя я отчетливо услышал тихие, крадущиеся шаги по гравию. Но, прежде чем я успел отреагировать, раздался знакомый хриплый голос начальника службы безопасности:

— Ваш зонт.

— Ты как всегда вовремя, — хмыкнул я, не открывая глаз. Но от зонта все же отмахнулся, промокшему он был ни к чему. — Как прошла поездка?

— В целом неплохо, — медленно проговорил Себастьян Чейз, будто собирался с мыслями.

— Нолан предлагает забыть об этом, цитирую, «досадном недоразумении и не рушить плодотворное сотрудничество».

— Ах, досадное значит, ну-ну… — со смешком повторил я. Скользкий ублюдок, будто это не с его подачи все произошло. — Что-то еще?

— Да, он также готов возместить, так сказать, моральный ущерб. Детали он предлагает обсудить при личной встречи.

Я открыл глаза и задумчиво взглянул на затянутое грозовыми тучами дождливое небо. Что ж, пусть будет так.

Сейчас неудачное время для открытого конфликта с ирландцем. Одно дело «справедливо» наказать попавшихся на горячем воришек и совершенно другое — объявлять войну их лидеру без железных улик его вины.

— Значит забудем об этом, как он выразился «досадном недоразумении». До поры до времени.

Мое имя Гарольд Регул Блэк, и это мой мир и мои правила.

И, будто вторя моим словам, вечернее небо осветила первая вспышка молнии.

Chapter 2.