Чёрные годы Крайсы.

На его судорожно сцепленные кисти легли ладони Кою, присевшего на корточки рядом с ним. Рюни поднял голову и наткнулся на нечитаемый взгляд Главы Гильдии. Некоторое время они сидели молча, но это прикосновение и этот взгляд разрушили затягивающий водоворот воспоминаний. Рюни почувствовал, что снова может дышать.

– Это многое объясняет. И то, что Большие Крайсы появляются только в чёрные годы, когда популяция резко возрастает. И то, что нет ни одного упоминания о трупе или исследовании мёртвой твари, – Кою говорил тихо и спокойно, крепко сжимая руки Рюни в своих.

Он точно пытался удержать друга над бездной. – Я тебе бесконечно благодарен.

– Я просто сделал то, что мог, – Крайс мотнул головой. Усталость накатывала волнами, выстужая внутренности и туманя мозг.

– Этого достаточно, – тихо сказал Кою и поднялся на ноги.

Крайс тоже встал. Его короткого рассказа было достаточно, об остальном Кою мог расспросить Тайэна и Риса. Пришло время возвращаться назад, он выполнил свой долг перед Дном. Кою положил руки на плечи Рюни.

Он молчал, разглядывая бледное, измождённое лицо друга, губы его нервически подрагивали.

– До встречи, – тихо сказал Кою, сильнее сжимая руки, потом убрал их.

– До встречи, – эхом отозвался Рюни, не зная, какой будет эта встреча.

Крайс вышел из кабинета Главы Гильдии, молча кивнул Фэрри и подошедшему Фариду. Те ответили такими же кивками и переглянулись за спиной чёрного инспектора. Рюни было без разницы, что они сейчас о нём думают, ему вообще сейчас было всё равно.

Из штаба он вышел на автомате, помнил лестницы и переходы, людей просто не замечал. Кажется, пару раз его окликнули. В голове пульсировала боль, в глазницы будто насыпали песок. Крайс задыхался, каждый вдох проходил через лёгкие с усилием и болью.

Машина ждала его у входа, водитель открыл дверь, едва взглянув на пассажира. Видимо, Кою велел отвезти его как можно скорее. Крайсу не надо было поднимать голову, чтобы чувствовать на себе взгляд. Главе Гильдии не надо было видеть его, чтобы наблюдать.

Рюни отрешённо подумал, что он чувствует Кою почти так же хорошо, как крайс. Их внимание, их волю.

Машина ехала плавно, внутри почти не укачивало, пахло горючим и озоном. Крайс согнулся, уткнувшись лбом в колени. Приступ начался почти сразу, как он отъехал от штаба. Долгий, мучительный, выворачивающий наизнанку. Дно брало свою дань кровью. Дар требовал расплаты за помощь. Машина остановилась, коротко дёрнувшись, как раз тогда, когда Рюни смог выпрямиться.