Корпус Вотана (Недомаг-мажор)

И где этот паразит их прячет?! Сержанту ни разу еще не удалось поймать нарушителя с поличным, несмотря на привычку неожиданно среди ночи сдергивать со спящих одеяла и проверять: не надето ли на кадетах что-то лишнее?

Сам сержант Смирнов в расположении не ночевал, предпочитая находиться в отапливаемой “сержантской комнате”, где готовился к занятиям, порой засыпая прямо над конспектами.

Иван нырнул под одеяло и с неприязнью поглядел на кровать соседа - источника неприятностей как всего первого взвода первой роты вообще, так и его кадета Архипова - в частности.

Ярослав Вотан спал на спине. Укрытый с головой, он напоминал покойника, предназначенного к погребению. Только легкое шевеление одеяла выдавало в нем признаки жизни.

Холеного (хоть на обложку журнала “Кадетский вестник” размещай) рыжего аристократишку с лицом цвета гашеной извести и пижонской прической, Иван невзлюбил с первого взгляда, эту скорбную дату он поклялся помнить до конца жизни.

Это случилось в лучший день недели - воскресенье, после обеда.

Вся рота следила за финалом сериала “Космический вояжер”, где Капитан Звездный должен был, наконец, спасти свою возлюбленную из лап кровожадного чудовища. Знатоки утверждали, что в конце серии будет сцена “про это самое”, которую подростки с нетерпением ждали.

И вот когда умопомрачительная красотка Елена с грудью четвертого размера в облегающем кожаном купальнике упала в объятья Звездного, Смирнов приказал первому взводу собраться в комнате досуга, которую по какой-то старинной традиции называли “ленинской”.

Внутренне проклиная сержанта, кадеты собрались в месте, где в любой другой день недели каждый из них оказался бы с удовольствием. Здесь было отопление, мягкие диваны и кресла, куча настольных игр на выбор, а еще биллиард и аэрохоккей. И ко всему этому богатству в обычные дни доступа для первокурсников не было.

Вместо (наверняка) умопомрачительной и, несомненно, очень развратной сцены, кадетам представили высокого худого подростка с совсем как у Звездного “волосами цвета меди”.

- Взвод, знакомьтесь - Ярослав Вотан, ваш новый однокашник. Прошу любить и жаловать! - Сказал сержант и ретировался, не объяснив, каким образом новичка следовало “любить”, а тем более “жаловать”.