Как приручить кентавра, или Дневник моего сна

Если же серьезно, то где надо он меня вел, где-то я делала движения по наитию. К моему счастью, я не сбилась, в платье не запуталась и успела даже получить удовольствие от танца. Судя по тому, как смотрел на меня он, удовольствие было обоюдным.

Следующий же танец таким приятным не был. Меня перехватил Эгнус, и Шерридан не мог отказать ему потанцевать с дочерью. Судя по тому, как крепко сжал мою руку папаша, он находился в крайней точке кипения. Подозрения мои подтвердились, когда он с приятной улыбкой зашипел на меня:

– Ты что наговорила моим людям? Они до сих пор в себя прийти не могут!

Я припечатала ему ногу каблуком, чтобы он мне синяков не оставлял, и с такой же сладкой улыбкой ответила:

– Всего лишь предупредила их, чтоб не смели меня спасать, а то не только они, но и вы об этом пожалеете.

– Я не узнаю тебя?! – воскликнул он, нахмурившись и чуть скривившись от боли в ноге.

– А я не узнаю своего отца. Пусть я ничего не помню, но если судить по вашим поступкам, то вы решили пожертвовать мной в угоду будущего наследника.

– Что?! – не ожидал такого услышать он, а потом зашипел: – Миталия была права, и ты ревнуешь, что я вновь счастлив!

«Так вот откуда ветер дует!» – догадалась я. Новая жена отца расчищает дорогу для своих детей. Как ловко они мной распорядились: с моей помощью пытаются избавиться от Шерридана, расширить свои территории, а потом меня за ненадобностью можно и Лоренсу сплавить.

– Что вы, папа! – улыбнулась я.

– Ты продалась врагу!

– Я верна мужу, которому вы же меня и отдали, – спокойно возразила я. Неужели вы меня ни капли не любите?! – Я состроила взгляд, за который мне можно было дать Оскара.

– Как ты можешь хотеть остаться с этим животным?! – немного другим тоном спросил он.

– Он хорошо ко мне относится, – просто ответила я.

Жаль, на этом танец закончился, и меня вернули мужу.

«Ничего, я тебя буду дожимать!» – решила я, не сегодня же он уезжает.

– О чем вы говорили? – поинтересовался Шерридан.

– Да так, – ушла от ответа я. – Отец не узнаёт свою дочь. Мне кажется, одного только тебя перемены радуют.

Он усмехнулся и поцеловал мне руку, не отводя от меня взгляда:

– Ты даже не представляешь насколько.

Мне так тепло от этого стало.