Ушедшие

— Слушай, а ты, правда пить бросил, как Новый Год отметил с нами, так с тех пор и ни капли не принял?

Взлохматив шевелюру цвета соломы, с некоторой паузой, Жан ответил:

— Нет, хватило того раза, да и ни к чему, только жить начал как человек...

Да и что сказать напарнику правду? Как 200 лет служил темным силам? При своих 30 годах физических столько лет находился вне времени в странном сумрачном месте с остановившейся самой жизнью, не нуждаясь ни в еде, ни в питье, ни даже во сне. Из сумрака его «выдергивали» на очередное задание, после выполнения его он возвращался.

Что он делал, память не сохраняла. Судя по окровавленному мечу, работал отнюдь не пекарем. Про договор с демоном помнил, как будто вчера подписал, — как сложилась судьба любимой, он не знал, договор был, что она выздоровеет. А дальше, от него уже ничего не зависело.

Кем он был в прошлой земной жизни, Евгений не распростра

нялся. Он очень старался забыть, да и что сказать и главное кому? Рыцарь, шестой по праву претендент на корону? Пять прямых наследников ему шансов не оставляли ни каких.

Да и договор с темными лёг черным пятном на репутацию. Может кто и скажет: сделал большую глупость, — продал душу в обмен на здоровье любимой. Но он так не считал.

Поэтому стараясь занять руки, нехитрую науку слесарей схватывал на лету, от работы не отлынивал, о таком напарнике многие только мечтают.

Напарник стал доставать из сумки пакет с едой, и Евгений поинтересовался:

— Домой пара идти, чего здесь, на работе кушать?

Он только укоризненно покачал головой.

— Не дойду до дома. Есть очень хочется. Не знаю, как ты, а я такой голодный, что кажется съел бы сейчас целого слона, уже скоро ночь, а мы даже не обедали.

Михалыч стал заваривать очень крепкий черный чай. Он страстно хотел сбросить лишние килограммы, и каждый день брал с собой большую морковку, конечно, и ломти сала с хлебом и вареной картошкой он тоже с собой брал. Но, всегда была надежда, что хватит одной морковки. Вот и сейчас, достав большую, чищеную морковку, Михалыч уже собрался вцепиться в нее зубами, как вдруг посреди комнаты появился огромный, под самый потолок, слон.

Михалычу даже показалось, что потолок скребет по спине слона.

Слон был настроен явно недружелюбно, разминая ноги и двигая огромной головой с белоснежными бивнями, он явно настроился громить помещение, как вдруг огромный зверь замер и, робко вытянув хобот в сторону морковки, человеческим голосом сказал — дай.