Ушедшие

Дня за три (если повезет) выйду к хуторам друидов, дальше можно пойти или в южное царство через пограничный монастырь Хо — Линь или на восток, обогнув болота. В южное царство путь длинный, можно за месяц и не дойти. Что находится на востоке, за болотами, в месяце пути Хоп не знал, да и мало кто из людей знал. Что делать в южном царстве не понятно, — там своих ювелиров много, и техника работы по металлу отличается кардинально. Может остаться в монастыре, стать монахом? Часами сидя в позе лотоса на бревне, вкопанном в землю, на высоте два, а то и три человеческих роста, рассуждать о смысле бытия? Нет, как-то это не для меня, к этому нужно идти с детства.

Размышление Хопа прервало сердитое хрюканье, и кто-то попытался укусить его за ногу. Игольщик, — удивился Хоп.

— Давно я вас не встречал, думал, всех извели, — запустив руку в карман, достал кусочек вяленого мяса, — кушай. Зверек мгновенно проглотил угощение и, топая ножками, похрюкал в сторону. На рассвете, совсем обессиленный, ювелир решил устроить ночлег.

Наломав веток, сделал подобие птичьего гнезда, завернулся в плащ, положил под голову наплечную сумку, и почти мгновенно уснул. Проснулся от того что кто-то рядом хрюкал, сопел и пытался потереться иголками о бок.

— Дай поспать, — с этими словами Хоп кинул игольщику очередной кусочек сушёного мяса. Во сне вертелась мысль, — только бы не пульнул иголкой, — как известно, они были ядовитые (пусть не смертельный, но яд) и человек, получивший в ногу такую иглу, как правило, не менее недели лежал в постели с температурой и распухшей ногой.

Сквозь сон, пытаясь отпихнуть локтем игольщика Хопу показалось, что мимо прошли два горных тролля, топая ногами. На плечах одного сидели мужчина в серебряных ботинках и женщина эльф с мечом в руках.

Через несколько часов, с трудом поднимаясь с земли — настолько свело мышцы, как ног, так и рук — мастер не мог решить, был ли это сон или тролли и игольщик были явью. Вспомнил как в детстве старая ведьма, посмотрев на его ладонь пробормотала:

— Жизнь у тебя будет размеренной и счастливой, но все изменится, когда рядом пройдет мужчина в серебряных ботинках.

Это твоя судьба пройдет.

На вопрос, какая моя судьба? Последовала ещё более странная фраза: капелька твоей крови откроет ворота новой судьбы. Ссадины на коленях и руках не проходили месяцами, но ворота новой судьбы не открывались, и Хоп давно забыл это пророчество и не вспоминал до сегодняшнего дня.