Ушедшие

Поднявшись по веревочной лестнице на родовое дерево, — что было достаточно сложно сделать Антону с двумя мешками и ранцем — вошли в жилище. Эльф с супругой сняли рюкзаки. Антон с наслаждением сбросил с себя мешки с вещами.

— Ты сохранила мои любимые кексы с орехами хуань!

— Ну да, а чем еще подбивать рассохшуюся мебель?

Ох не обиделся, а просто начал хрустеть кексом,

— Айгуль, попробуй, я тебя еще не угощал!

Внезапно раздалось:

— Мур — Мур.

Ох... — полностью фразу Антон не договорил, вовремя себя одернув.

— А, это Пушистик, откликнулся эльф, подрос только, пятнистый кот размерами с хорошую собаку потерся о коленку Аэль, принюхался к карману эльфа. Крыс нервно заерзал. Ох хотел почесать Пушистика за ухом, украшенным кисточкой, но передумал. Был вариант, что Пушистик забыл его, а запасной руки у Ох не было.

— Так, что там за история с чернокнижником, сестренка?

— Откуда пришел неизвестно, появился более года назад, сначала просто покупал магические амулеты и манускрипты, а потом появился Черный всадник, и несговорчивых продавцов стали находить мертвыми.

— Ну, у вас-то им откуда взяться, магическим амулетам? Чего волнуетесь? Было у старейшины несколько свитков с рунами, так он и сам не знает, что там написано. Лет уже триста все на людской язык перешли в письменности. Дек вроде пытался сам прочитать, да и двух слов знакомых найти не мог. Да этот разговор с ним ещё до драки был, — Ох понял к чему удивленные глаза сестры.

— А мы знаем, что чернокнижнику понадобится? Черного всадника ни меч, ни стрела не берет, пробовали герои, еле ноги унесли.

— Вот сейчас полная ясность, с чернокнижником понятно, что ничего не понятно, поэтому сестренка давай стол накроем, — поужинаем.

За ужином Аэль поинтересовалась:

— А правду эльфы говорят, — вы с Айгуль сокровища волшебника Горо с собой забрали и спрятали?

— Врут, так, только на пару куриц, да на новый лук с колчаном. При этих словах брат достал толстый кожаный кошелек и отсыпал половину золотых монет.

— Не мог раньше передать, сама знаешь, как уходил из селения. Кстати, Дек успокоился?

— Не знаю, не спрашивала. Давайте спать, уже поздно. Гости расположились на полу, обитом шкурами оленей, а хозяйка на единственной кровати, куда, впрочем, запрыгнул и Пушистик — кровать жалобно скрипнула.

Антон мысленно похвалил себя за предусмотрительно взятые из квартиры одеяла.

Утро добрым не бывает.