Привратник 5. Молот Екатеринбурга

Хотя даже если б знал, всё равно бы использовал, чего бы это не стоило!

— Понимаю, бывает, что и жизни не жалко, но нужно помнить, всполох берет сразу, здоровьем, молодостью. Иногда частью жизни.

— Потому используй его с умом. Ну, без ума-то и не выйдет. Он не откликнется, если ты так, лишь подумаешь о чем-то. Используй его пореже и носи при себе. Рядом с тобой он будет наполняться силой.

— Ладно. Спасибо.

Старик замолчал, глядя в небо, потом проговорил:

— Ну что ж... — Встал и вытащил из кармана холщовый мешочек.

— Да, это он. В простой ткани я его держу. Всполоху не нужна красивая обертка, итак слишком прекрасен, чтобы нуждаться в дополнительных украшательствах.

Солнце коснулось веток, наливаясь красноватым светом, синие тени стали длиннее. Старик, глядя в небо кивнул:

— Пора! — и вынув из мешочка, поднял камень вверх. Отразившись в гранях, лучи закатного солнца вспыхнули и замерцали, в крошечном кусочке возникла фигура с распростертыми крыльями, отразилась на снегу, крылья раскинулись над всей поляной и тут же видение исчезло: солнце скользнуло за лес, скрылось за верхушками леса.

— Ну вот, таков он, твой Ясный свет, — старик протянул руку Саше и тот замер с открытым ртом: на ладони у старика лежал сгусток яркого света.

Все трое они склонили головы, Саша всё не решался взять камень в руки.

— Это настоящий шедевр. Сколько здесь граней? — не мог поверить он своим глазам.

— Больше, чем кто-либо сможет повторить, — с гордостью сказал Афанасий Петрович. - Да и я уже никогда подобного не сделаю. Я всё сердце отдал для этой работы.

— Это потрясающе! Невероятно, — произнёс Саша.

— Если тебе нравится то, что я сделал, это самая лучшая мне награда.

Они простились вскоре, Саша предложил проводить старика до деревни, но тот наотрез отказался. Сказал, что ему нужно собрать вещи, да и дела закончить.

Уезжая, Саша оглянулся назад. Старик стоял у часовни и махал им вслед с гребня холма. Саша поднял вверх лыжную палку. Красноватые отблески раннего вечера окрашивали небо в оттенки розового.

В Малом Чукменязе, вернув лыжи, Саша озабоченно сказал тёте Рае:

— Отправите за ним кого-нибудь? Он с нами возвращаться отказался.

Та только тяжело вздохнула:

— Отправлю, отправлю. Каждый день к нему ездит Марк, или Мишка.