Оnline Вяйнямёйнен

Эйно последовал его примеру, понимая, что нужно иметь предельно ясную голову, поскольку ситуация стала непредсказуемой. 

- Хватит бродить вокруг да около, - продемонстрировал свои познания в особенностях русского языка лапландский гость. – Я здесь для того, чтобы получить то, на что имею право.

- Это вы о чём? – ласково поинтересовался у него Файенберг. 

- О кантеле, который вот этот прохиндей утащил у меня, - кивнул в сторону Эйно Ахти. 

- Ах, о кантеле, - кивнул головой Иосиф.

При этих словах в глазах ленинградца Эйно заметил какую-то непонятную искорку, но понять, что же она означает, не смог. 

- Да, о кантеле! – взвился Ахти Саакаринен. – Вы даже не представляете, какие силы за мной стоят! Поэтому верните достояние финского народа по-хорошему!

- А если по-плохому? – усмехнулся Иосиф.

- Тогда я сейчас позвоню своим друзьям и вы не получите за кантеле вообще ничего, - заявил разозлённый финн. 

- Да кто ж тебе даст позвонить кому бы то ни было? – презрительно процедил Файенберг.

За внешним лоском питерского антиквара хищно клацнули волчьи зубы. Каким образом он сумел позвать своих охранников Эйно так и не понял, но хлопнула входная дверь и оба бодигарда в серых пиджаках вошли в салон. Подмышки их больше не оттопыривались, поскольку пистолеты, не газовые и не травматические, оба стражника держали в боевой готовности. Курки были взведены, предохранители сняты, а патроны, как догадался Эйно, были досланы в патронники.

Ахти, похоже, тоже сумел правильно оценить сложившуюся ситуацию. Во всяком случае, поумерил свой пыл и жар речей. 

- Вы же не собираетесь здесь стрелять? – спросил он.

- Почему бы и нет, мой юный друг? – с улыбкой поинтересовался у него Иосиф.

- Ну, выстрелы услышат снаружи и вас арестуют! – пояснил свою мысль Ахти.

- Ах, вот оно что! – хмыкнул Иосиф и сделал знак своим телохранителям.

И тут же на стволы пистолетов были накручены глушители.

Файенберг с улыбкой наблюдал за происходящим, он, видимо, наслаждался своей властью над собеседниками. «Да он маньяк! – подумал Эйно. – Действительно грохнет нас и уедет в свой Питер, а нас найдут в лучшем случае через день, когда его и след простынет. Единственная надежда – кантеле, никто ведь не знает, где оно спрятано».