ВОР из НЕРО

В мире Устина нет человека опаснее того, кто раскрыл тебя. Таких надо убивать при первой возможности.

– Но вот какая штука, Устин: для того, чтобы получить то, что никогда не получал, надо сделать то, чего никогда не делал. Согласен?

– Наверное.

– Согласен. Хорошо.

– Василь Василич, ты хочешь предложить мне что-то?

– Догадливый, да. Потому что ты можешь смотреть поверх той воровской трясины, в которой мы все барахтаемся. Ты прав, я хочу предложить тебе одно дело. Денег за него дадут щедро, но одними деньгами на это дело не заманишь.

– Мокрый гранд[6]?

[6] Мокрый гранд (мокрота) – убийство с пролитием крови

– Нет, что ты. Торговля.

– Тогда что в нём особенного?

Панама Толстый рыскает взглядом по сторонам, будто в крохотной комнатушке может поместиться кто-то третий и незванный.

– Что ты знаешь о колдунах, Устин?

Вот это вору уже не нравится. В любое время не нравится, а ночью вроде этой особенно. Скорее бы рассвело, но дневное светило, как назло, не торопится выбираться из-за горизонта.

– У них есть кремль в нашем городе, – отвечает Устин.

Подумав, добавляет:

– Когда они колдуют, их глаза светятся голубым. Вроде, всё.

– Не очень много для человека, который может дойти до ворот в Китеж за пять минут.

Устин закатывает глаза. Панама Толстый, может, и знает всех воров в Неро, но он не живёт здесь. Поэтому не знает некоторых вещей.

– В тот самый день високосного года, добавочный день самого короткого месяца в году, – начинает Устин, – мы здесь, в Неро, не подходим к берегу Старого озера.

Потому что оттуда на нас смотрят мёртвые.

Панама Толстый глядит недоверчиво, его глаза, когда он моргает, на миг оборачиваются рыбьими, а на шее проступают жабры. Вор даже не старается бороться с наваждением, он понял, придётся это терпеть до первых петухов.

– Все местные знают эту историю, – продолжает Устин, – а чужакам её не рассказывают. Незачем. Да и бывает это раз в четыре года, повод не такой уж частый. Во времена, когда на троне Белокаменной сидел первый лжецаревич, посполиты дошли до Неро.

Захватили, разграбили, взяли в плен митрополита. Перебили почти всех: мужчин, женщин, детей. Но на стены колдовского кремля не полезли. Оставили гарнизон и ушли, надо же было тащить награбленное обратно в свои усадьбы. Командовать гарнизоном поставили капитана Папроцкого. Папроцкий со своими людьми во взятии Неро не участвовал, подошёл слишком поздно и пограбить особо не успел. И вот сел он в сожжённом городе, кругом остовы изб да теремов, только кремль стоит.