ВОР из НЕРО

Но они будут пить кровь живого, но нерождённого монарха. Есть там такой момент, одна доля во всём заклятье, буквально. И там один звук, ошибка в котором приведёт к таким ужасным последствиям.

– Мда, не хотелось бы, чтобы они наступили, эти последствия. Императрица как раз на сносях. Но и выбора у нас нет, вернее, эти подлецы, похитившие Аттрактор, нам его не оставили. Скоро война, и августейшим особам понадобится вся защита, которую мы сможем дать.

– Вот поэтому…

Остаток беседы Устин решает не слушать. Пока двое говорящих ходят между саркофагами у входа, он крадётся к иконостасу, даже в темноте притягивающему достаточно света, чтобы отражать его в своей барочной позолоте, и сворачивает к галерее, ведущей в усыпальницу великих князей.

Идёт прямо, на повороте замирает. Он забылся, не проверил, есть ли в галерее мертвецы. Мгновение он стоит, слушает. От пласта тишины отделяются шаркающие шаги, они шлёпают к Устину в кромешной тьме.

"Мои грехи, – скороговоркой бормочет Филин, – ведут меня на плаху, где снимают с меня кожу и вынимают потроха мои во славу свою".

Второе щупальце ползёт по глотке, грозя её разорвать. Устина опять скручивает, клонит к полу, и вперёд он глядит исподлобья. Щупальце касается пола, как раз когда мертвец оказывается совсем близко к Филину, и тот может рассмотреть хотя бы его силуэт. Рядом с Устином стоит горбатая тень старика или старухи, щупальце дёргается к ней, сваливая Филина на пол. Из щупальца, точно тёмный цветок, вырастает человеческая фигура.

– Ты звала нас, Фанни? – опять слышит Устин слова, которые могли бы быть произнесены.

– Фанни я только для мужа, – могла бы испуганно прошептать согбенная тень.

Фигура из щупальца постоянно меняется, Устин видит силуэты разных мужчин и даже несколько женских.

– Оставим ложную скромность, Фанни. Оставим. С нами всеми вы были совсем не так скромны, когда оставались наедине. И с мужем вы не были скромны, когда не позволяли ему перед смертью увидеть своих детей.

– Нет-нет, уйдите, я стара, я не вынесу!

– Зачем вы гоните нас, Фанни? Раньше вы нас привечали.

– Уйдите! Уйдите!

– Не уйдём.

Фигура из щупальца делает шаг к силуэту горбатой старухи, обнимает её, и они обе осыпаются прахом. Устин медленно поднимается с пола, прах во рту противно мешается со слюной, Устин выплёвывает его и крадётся дальше, ко входу в недостроенную усыпальницу.

У самой двери останавливается. Опять надо слушать, чтобы понять, где именно в усыпальнице ждёт его третий страж.