Затопь

— И это ты почти не старался? — Ида была впечатлена. — Фархат, Макс, идите сюда! Вы должны это увидеть!

Нет, вот теперь Артуру стало действительно неловко. Вокруг стола собрались всё, разглядывая рисунок, который самому художнику с каждой секундой казался всё хуже.

— Ида, у тебя там не подгорит? — развеял магию момента Фархат.

— О! — Ида метнулась к оставленной у очага сковородке.

— Действительно здорово, — оценила Макс. — Что тебе надо для рисования? Теперь я просто обязана достать для тебя самое лучшее.

На одну секунду Артур прикрыл глаза, наслаждаясь теплом, которое разлилось по его телу от этих слов. Он смог впечатлить Макс! Она хочет сделать ему подарок!

— На самом деле, пойдёт всё что угодно, — ответил он. — Любая бумага и что-то, чем можно рисовать. Я справлюсь с тем, что есть.

— Если ты с углём и старой обёрткой такое творишь, то я не сомневаюсь! — улыбнулась ему Макс, и сердце Артура пропустило удар.

— А можешь ещё?! — Солнышко всё ещё завороженно разглядывал набросок.

— Потом, всё потом, после обеда, — скомандовала Ида. — У меня всё готово, давайте есть!

Солнышко с видимым огорчением сполз с табуретки, не отрывая взгляда от рисунка.

— Что планируешь с этим делать? — Макс коснулась края бумаги.

— Понятия не имею, — признался Артур. Ему всегда было некуда девать рисунки, они копилась в ящиках и коробках, которые благополучно терялись при переездах с одной съёмной квартиры на другую и избавляли его от необходимости что-то придумывать.

— Могу? Правда? — лицо Макс на мгновение озарилось такой неподдельной детской радостью, что Артур едва успел прикусить язык и не предложить рисовать для неё всё что угодно до конца своей жизни.

— Да, конечно. Я потом нарисую ещё, — сдержанно пообещал он.

Макс наградила его самой тёплой и доброй улыбкой, что он видел в своей жизни.

Солнышко уже старательно вытирал стол от угольной пыли и золы, Артур отправился отмывать руки, а когда вернулся — на стол успели накрыть.

Ту рыбину, что поймал Фархат, Ида потушила в сливочном соусе, сдобренном горчицей — вкус получился одновременно рыбный, сливочный и кисловато-острый. К тому же это был вкус еды, добытой самостоятельно — может, не самим Артуром на сто процентов, но он определённо участвовал в этом мероприятии. Ему казалось, это тоже добавляет еде определённых ноток. Он никогда не ел ничего вкуснее.