В тенях Вечного города

— Ну что? Разобрались с буквами? — язвительно поинтересовался он.

— Еще нет, — ответила мисс Гордон, — но профессор Уайт сказал, что это мертвый язык. Так что или я прочитаю его и прославлюсь, как Шампольон… или нет.

— Кто такой Шампольон? — вяло поинтересовался Пшебжинский, который понял, что смысл загадочной надписи на столике с артефактами так и останется тайной.

— Французский историк начала прошлого века, — пояснил Уайт. — Он первым сумел прочесть египетские иероглифы, благодаря чему мы теперь многое знаем о жизни древних египтян.

— Правда, у него ушло на это несколько лет, — жизнерадостно добавила Ада.

— Отлично, — поморщился Ян. — У нас нет нескольких лет.

— Мы обязательно найдем все, что надо, — успокоила его девушка. — Профессор Уайт подсказал, что искать упоминания о Великом Судье надо в юридических документах. Так что я сейчас пойду и поищу, где здесь стоят соответствующие подборки.

Ян возмущенно посмотрел ей вслед. Александр покачал головой:

— Считаете, что ей не следовало мне об этом рассказывать? — спросил он.

Пшебжинский кивнул.

— Мисс Гордон просто просила о помощи, как и вы. И, в отличие от вас, она ее получит.

Поляк возмущенно уставился на Уайта:

— То есть вы готовы помогать ей бескорыстно, а с меня требовали придумать какую-то оплату?!

— Помочь коллеге-историку и непонятно ради чего стать охранником — две разные просьбы, — пожал плечами профессор. — Вы решили свою проблему?

— Да, — яростно выдохнул Пшебжинский. — Я договорился со своим начальником, он готов встретиться с вами сегодня в четыре в кафе Греко на Виа Кондотти[i].

— Я знаю, где это, — оборвал его Уайт. — Я буду там.

[i]Кафе Греко — так же известное как Antico Caffe Greco, — удивительная арт-кофейня, которая расположена неподалеку знаменитой Испанской лестницы в Риме. Уютное заведение, гостями которого успели побывать Байрон, Гете, Бальзак, Стендаль, Гоголь, Ганс Христиан Андерсон, Шопенгауєр, Вагнер, Китс и многие другие люди искусства.

Часть одиннадцатая, в которой открываются неожиданные секреты.

На площади Испании играли музыканты. Песня звучала как-то странно, хотя пели на итальянском. Деметр даже остановился послушать. На миг ему показалось, что его перенесло в Россию, в какой-нибудь Саратов или Самару, где на узкой улице играл на разухабистой гармошке парень в косоворотке.